— Ты же в курсе, что сейчас рассказываешь мне секретную информацию? — спросила Одри вполне резонный вопрос.
— Мне запретили раскрывать секретные данные вне офиса или выносить их, но не говорить о них внутри так, чтобы ты могла услышать, как-никак, ты тоже имеешь доступ к делу. В любом случае, что не запрещено, то разрешено. Я умудрился мимо охраны пронести целых два передающих устройства, так что это их вина, если они случайно включились, а я очень громко вслух говорил детали дела, — коварство Уильяма не знало границ, в любом случае, Одри была указана как ведущая это дело, так что она законно могла слушать эту информацию.
— Я так понимаю, с нами на связи нет Насти, чтобы не подставлять ее? — спросила Одри.
— Нет, просто коммуникатор, который прослушивала Настя отобрали на входе, а оставшиеся, которые еще не были активированные остались, так что потом расскажешь ей все детали.
— Теперь понятно, почему ты звонишь с неизвестного номера, впрочем сейчас сделаю себе чашечку кофе… — девушка зевнула, — …и буду бодрой. И нельзя было предупредить или хотя бы записку оставить, что ты подобное провернешь? — спросила Одри, и в ответ лишь получила неловкое молчание. Детектив только сейчас подумал, что слишком перестраховался. — Ты же об этом даже не подумал? — Уильям лишь промолчал, полностью подтверждая подозрения девушки.
— Ну прости, слишком перестраховался с осторожностями.
— Ладно, проехали, я не держу зла на тебя. Оно хоть того стоило? — спросила Одри. Уильям лишь удивленно изучал документы, безусловно, оно того стоило, дело выглядело еще более запутанней и интересней.
— Безусловно. Тут даже полный отчет есть о вскрытии всех шоковых пистолетов. «Улика №32: Как и в остальных случаях, после вскрытия корпуса оружия возле охлаждающего модуля была обнаружена органическая субстанция кубической формы, анализ которой совпал с остальными ранее найденными объектами. После этого в поисках любых зацепках был изъят модуль охлаждения, аккумулятор и проведен тщательный осмотр остальных компонентов оружия…» И так со всем оружием. Кирин провел хорошую работу, но даже ему удалось лишь найти половину частей нашей жертвы, примерно сотню замороженных осколков. Наверно, поэтому так подробно все расписано, чтобы создать иллюзию, что есть прогресс…
— Ты сказал половину? — переспросила Одри.
— Да, половину, но проблема в том, что я уже полчаса изучал документы, перед тем как тебе позвонить, и, согласно отчетам, с момента пропажи Икабода Крейна были проверены все партии оружия и больше фрагментов не было обнаружено. Отсюда следует вывод…
— Что если убийца верен делу и положил в каждое оружие частичку жертвы, то есть примерно сотня незадокументированных шоковых пистолетов, — Одри закончила мысль за детективом, после чего послышался звук чайника. Она была молодец, безусловно, даже полусонной справлялась со своей работой.
— Бинго. Похоже дело получило секретность, потому что Икабода Крейн продавал оружие на стороне. Итого мы вскрыли, сами того не зная, нечестного на руку контрабандиста в высшем обществе.
— И потому, что я не в состоянии отследить, кому он поставлял оружие, моя голова может полететь с плеч, — мрачно сказал Кирин, появившись в дверном проходе. — Думаешь, я не догадался бы, что ты сломал прослушку и принес свою?
— Ты слишком хорошо меня знаешь, — улыбнулся детектив, лишь сейчас в нос ударил запах каштанов, что должен был извещать о его прибытии. — И похоже, ты включил проветривание на кондиционерах, чтобы сбить свой одеколон, неплохой трюк.
— А по-другому тебя не проведешь, — Грустно улыбнулся Кирин. — Я бегло прочитал основные положения в деле. Неужто у тебя впервые не получилось решить головоломку? — немного позлорадствовал он.
— Если бы ты читал внимательнее, то знал бы, что проблема не в том, как проникнуть в музей, а как подменить экспонаты.
— Одна нерешаемая головоломка за другой, будто созданы, чтобы тебя остановить, — злорадно улыбнулся Кирин, присаживаясь рядом. — Хотя ты в одиночку смог найти три части тела, будто бы знал, где искать… — этот тон детективу не понравился, звучал словно Кирин обвинял его. — К слову, рад познакомиться, Одри, как меня зовут, ты уже знаешь, — сказал он, нагнувшись над кулоном на груди детектива. Он догадался, что это и был коммуникатор. — Я пока добрый, так что пока закрою на все это глаза, но проблема в том, что вы влезли в очень опасное расследование, — Кирин скорее предупреждал, нежели угрожал, но он четко давал понять, что, если его голова полетит, он заберет их с собой. Просто идеальный расклад, так не обвинит — потащит за собой, осознавал ситуацию детектив. И тут в его голове вдруг зазвучала фраза.