В ее записке говорилось: "Восхождение на нашу гору?"
Чи отложил бухгалтерскую книгу. Люси Сэм вышла покормить своих цыплят, и теперь он мог видеть, как она в своем загоне для овец осматривает козленка, который успел запутаться в ее заборе. Он обнаружил, что представляет себе Джанет Пит в этой роли и себя в инвалидном кресле старика Сэма. Это не виделось. Белый Порше ворвался и спас ее. Но это было несправедливо. Он был расистом. Он думал как расист с тех пор, как встретил Джанет и влюбился в нее. Он думал, что, поскольку ее имя было
Пит, поскольку ее отец был навахо, ее кровь каким-то образом научила бы ее приемам обеда? и сделало ее одной из них.
Но только ваша культура научила вас ценностям, а культура, которая сформировала Джанет, была синекровной, белой, лиги плюща, шикарной, нерелигиозной, богатой стариной Мэрилендом. И это сделало его почти противоположным традиционным ценностям его народа, которые сделали богатство символом эгоизма и заставили его друга сознательно прекратить выигрывать соревнования по родео, потому что он становился нездорово знаменитым и, следовательно, ушел от гармонии.
Ну, к черту. Он встал, перефокусировал зрительную трубу и нашел место, где были ослаблены стойки. По этой дороге, вероятно, переезжало не более дюжины автомобилей в неделю - вообще ни одной в сырую погоду. Сегодня было пусто, и не было
ничего вокруг ловушки Зорро мистера Финча. За ней на пастбище он насчитал восемнадцать коров и телят, смесь герефордов и ангусов и трех лошадей. Он просканировал луга Мэрибой до подножия Шип-Рока и сосредоточился на место, где Люси Сэм сказала ему, что альпинистам нравится начинать свои великие приключения.Теперь там нет ничего, кроме шалфея, чамисы и ястребов с красными хвостами, ищущих свой обед.
Чи снова сел и взял самую старую бухгалтерскую книгу. В свой последний визит он проверил записи в дни после исчезновения Бридлава, но лишь беглым взглядом. На этот раз он был бы внимателен.
Люси Сэм вошла, вымыла руки и посмотрела на него, пока она сушила их.
"Что-то не так?"
«Разочарован», - сказал Чи. «Так много деталей. Это займет вечность».
«Ему больше нечего было делать, - сказала Люси Сэм извиняющимся тоном. - После того, как он заболел нервной болезнью, все, что он мог сделать после этого, - это сесть в инвалидное кресло. Он не мог никуда пойти, он просто сидел на стуле и иногда читал или слушал радио. А потом он смотрел в телескоп и делал записи ». И он их очень хорошо вел, заметил Чи. К сожалению, в них не было того, что он хотел найти.
Дата исчезновения Хэла Бридлава пришлась примерно на полпути в старой бухгалтерской книге. В глазах Хостина Сэма это был ветреный, прохладный день, вороны начали собираться, как и в конце лета, огромными неорганизованными сумеречными стаями летели мимо Шип-Рок к своим местам ночлега в лесах реки Сан-Хуан. служебные грузовики ехали по дороге в сторону Красной Скалы и свернули в сторону поля Гремучей змеи, где показались высокие облака, но дождя не предвиделось.
Запись на следующий день была более продолжительной, в основном посвященной выходкам четырех годовалых койотов, которые, казалось, пытались научиться охотиться в городке луговых собачек у подножия склона. Интересно, но не то, на что Чи надеялся.
Через час и десятки страниц он закрыл бухгалтерскую книгу, протер глаза и вздохнул.
"Хочешь пообедать?" - спросила Люси Сэм, и Чи надеялся услышать именно этот вопрос. Люси сидела у плиты напротив него, резала лук, помешивала, отвечала на его вопросы об аббревиатурах, которые он не мог прочитать, или о точках, которые он не понимал, и запах тушеной баранины постепенно проникал в комнату и его чувства, делающие этот глупый поиск гораздо менее важным, чем его голод.
«Пожалуйста, - сказал он. «Пахнет точно так же, как тушеное мясо, которое готовила моя мама».
«Наверное, то же самое», - сказала Люси. «Все должны использовать одно и то же - баранину, лук, картофель, банку томатов, соль, перец». Она пожала плечами.