– Даже вы? – еле слышно прошептала она.
– Это не то, о чём тебе следует беспокоиться. – горько усмехнулся я. – Да, ты очень красива, но меня не интересует секс.
Я снова заметил вспышку недоверия в её глазах и не был удивлён. Мало кто действительно мог поверить и принять, что похоть и интим с противоположным полом меня не интересуют.
– Как я говорил ранее, ты будешь работать на меня. Завтра мы обсудим это подробнее, а сейчас тебе нужно отдохнуть. – продолжил я. – Но, прежде чем я провожу тебя в твою комнату, ты должна осознать, что с этого момента твоя жизнь изменится, и тебе нужно будет слушаться меня абсолютно во всём...
Настя недовольно сморщила носик, и в какой-то степени это было даже мило. Но я быстро отбросил эти мысли в сторону и закончил предложение:
– Во всём, что касается твоей безопасности.
Глава 3. Анастасия
Незнакомец, который купил меня на аукционе, провёл меня в роскошную спальню. Тяжёлые бархатные шторы заглушали свет луны на улице, окутывая комнату полумраком. Она была практически пустой, словно здесь никто не жил, хотя в воздухе витал еле уловимый аромат дорогого парфюма. Что-то в его внешности подсказывало мне, что мужчина определённо не американец – возможно, итальянец или испанец? Может быть, он нечасто здесь бывает, поэтому в этой квартире так пусто и холодно?
Мужчина, чьего имени я до сих пор не знаю, уверенно заявил, что никто не причинит мне вреда, даже он сам. Но как-то мне особо в это не верилось. Зачем ещё ему покупать меня, если не для удовлетворения своих желаний? Я вспомнила его слова «меня не интересует секс» – что бы это могло значить? Неужели он гей? Но как бы я ни пыталась представить его в этой роли, это как-то совсем не подходило ему. А может, у него есть жена или девушка? Но опять же, зачем ему тогда меня покупать, он ведь мог просто найти себе любовницу. И что означали его слова – «на мне слишком большая ответственность, и ты скоро это увидишь собственными глазами»?
Уф, как же много вопросов, и ни одного ответа! Я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Мне было страшно, но я не собиралась показывать свою слабость – слишком хорошо я знала, к чему это может привести. Я на собственном опыте убедилась, что проявление страха лишь провоцирует дальнейшие унижения и насилие.
Стоило мне только вспомнить прошлое, как я тут же почувствовала фантомную боль от ударов хлыста по спине. К счастью, они мазали меня каким-то «чудо-средством», и у меня практически не осталось следов, лишь несколько небольших шрамов на внутренней стороне бедра. Я поморщилась от этих воспоминаний, тут же отгоняя их прочь и сосредотачиваясь на настоящем.
– Тебе нравится? – раздался позади меня хриплый голос, от которого по моей спине пошли мурашки.
Я медленно обернулась, встречаясь взглядом с этим загадочным незнакомцем. В его глазах читался интерес, но я не могла понять, какие именно чувства он испытывает ко мне. Жалость? Любопытство? Или, быть может, даже... сочувствие?
Я облизнула пересохшие губы, собираясь с мыслями.
– Я... я не знаю. – призналась я наконец. – Всё это так... неожиданно. Не совсем то, что я ожидала.
Он сделал шаг в мою сторону, и я невольно отступила, чувствуя, как сердце забилось в груди, словно дикий голубь, запертый в тесной клетке.
– Не бойся меня, Анастасия. – тихо произнёс он, замерев на месте.
Я замешкалась, не зная, что ответить. Мужчина купил меня, словно вещь на базаре, и отдал просто невероятно огромную сумму денег за меня, поэтому да, я боялась этого человека. Но в то же время в его манере держаться, в его глубоком проницательном взгляде было что-то, что заставляло меня сомневаться в его истинных намерениях.
– Я... – начала было я, но так и не смогла закончить фразу.
Повисла тяжёлая, напряжённая пауза. Я чувствовала, как его пронзительный взгляд изучает каждую чёрточку моего лица, словно пытаясь прочитать мои мысли. И в этот момент мне показалось, что я вижу в его глазах отблеск сострадания… человечности.
– Кто вы? – прошептала я, с трудом сглотнув комок в горле. – Что вы хотите от меня на самом деле?
Он замедленно моргнул, словно задумавшись над моим вопросом. В его глазах заметила блеск неуверенности, как будто он вёл борьбу сам с собой, решая, стоит ли ему говорить правду, стоит ли ему открыть мне свою душу.