Юэн открыл и закрыл рот.
— Нет.
Гектор посмотрел на свою пару.
— Тогда какого хрена я потратил часть утра, слушая этот бессмысленный разговор, детка?
Кармен похлопала его по спине.
— Ты же знаешь Юэна, Гектор. Ему нужно чувствовать себя важным. Но он знает, что это не так, поэтому делает глупости, которые, по его мнению, помогают ему выглядеть в лучшем свете. Это никогда не срабатывает, так что не знаю, почему он до сих пор не перестал так себя вести.
— Я не думаю, что глупо хотеть, чтобы твоё мнение было принято к сведению, — сказала Рейни. — Спасибо, Юэн, что не просишь меня уйти, хотя тебе не очень нравится, что я здесь.
С несколько растерянным видом Юэн коротко наклонил голову и встал со стула. Он что-то пробормотал людям, с которыми обедал, а затем покинул зал.
Мэддокс посмотрел на свою анкор.
— Ты была так хороша, что я почти купился.
Рейни нахмурилась.
— Ты не думаешь, что я ему по-настоящему благодарна?
— Нет.
— Ладно, ладно, я бы предпочла надрать этому слабаку задницу, — призналась она. — Но он надеялся на это. Хотел, чтобы я вела себя с ним как стерва, в его доме, чтобы он мог выглядеть жертвой большого, злого суккуба и, возможно, делал вид, будто я думаю, что могу позволить себе вольности, потому что я — твой анкор. Не знаю, купился бы кто-нибудь на это, но именно на это он надеялся.
Гектор нахмурил брови.
— Ты права, так и было. Но я не замечал этого, пока ты не указала.
Губы Рейни скривились.
— Коварная черта характера помогает предвидеть такое дерьмо.
— А ты, несомненно, обладаешь такой чертой, — сказала Кармен. — Просто это не всегда сразу бросается в глаза.
Рейни пожала плечами.
— Некоторые носят это на груди, как медаль. Другие скрывают в нижнем белье.
Мэддокс чуть не поперхнулся кофе и свирепо посмотрел на неё.
«Ты сделала это специально».
Она одарила его такой лучезарной улыбкой, что у него подкосились бы колени, если бы стоял.
«Ну, конечно».
Он поднял глаза, когда перед их столиком остановились три женщины, одной из которых была Марселла. Однако заговорила не она, а её тётя, Дебора.
Слегка застенчиво улыбнувшись Рейни, Дебора произнесла:
— Я просто хотела сказать, что остальные из нас не думают, как Юэн. Не позволяй ему посеять сомнение в твоей голове.
— Спасибо, — ответила Рейни. — Не буду, обещаю.
Марселла, казалось, собиралась что-то сказать, но вместо этого последовала за двумя другими женщинами из зала. Однако было ясно, что ей есть что сказать. Поэтому он не удивился, когда она позже появилась в его кабинете в клубе.
Не утруждая себя приветствием, она сразу заявила:
— Я бы хотела перейти в другую Общину. Не сейчас, когда творится всякая чушь, а потом.
Мэддокс откинулся на спинку стула.
— Хорошо.
Она сглотнула.
— Тебе ведь, правда, всё равно, что я уйду, да?
— Будет неприятно потерять члена Общины. Но не собираюсь просить тебя остаться по ряду причин. Во-первых, ты хочешь быть чьим-то сопредводителем; здесь этого не будет. Во-вторых, я намерен в какой-то момент пригласить Рейни в Общину; тебе это не понравится, и ты будешь несчастна. В-третьих…
— Она не хочет меня здесь видеть, а её чувства важнее, — язвительно заметила Марселла, и горечь слышалась в каждом слове.
— Что ты надеялась услышать, Марселла? Ты думала, я буду умолять тебя остаться? Что предложу тебе то, чего ты хочешь?
Она всплеснула руками.
— Нет. Но я подумала, что, будучи предводителем, ты должен хоть немного беспокоиться о том, что один из твоих демонов собирается уйти. Но тебе это только на пользу, правда?
— Нет, это меня не устраивает. Мне это не нравится. Но это ничего не значит. Ты явно переоцениваешь свою ценность для меня, но я не понимаю почему. Каждый из моих демонов важен. Я бы не хотел, чтобы кто-то ушёл, но и не стал бы удерживать, если бы они этого не хотели. Ты больше не хочешь быть с нами. Ты считаешь, что предназначена для чего-то большего и лучшего, чем просто быть частью Общины; ты хочешь стать сопредводителем. Зачем мне пытаться удержать тебя от того, чего ты хочешь?
На её лице появилось кислое выражение.
— Ты сделаешь суккуба своим сопредводителем? Не пытайся сказать, что несерьёзно к ней относишься. Не отрицай, в этом нет смысла. Я вижу это как божий день.
— Полагаю, так и есть, поскольку я не пытаюсь это скрыть.
Она раздула ноздри и вздёрнула подбородок.