— В этом есть смысл. — Покончив с сэндвичем, Хлоя вытерла рот и пальцы салфеткой. — На твоём месте — если бы у меня не было Дон Жуана, конечно, — я бы не отказалась сыграть с Мэддоксом в игру по штурму розовой крепости.
Харпер вскинула брови.
— В какую игру?
Хлоя пожала плечи.
— Ну, знаешь… исследовать Пунарнию. Начинка для кекса. Убить вадрагона. Вымыть шампунем вуки. Получить вонючий Твинки…
— Всё, заканчивай, — объявила Харпер. — Перестань смеяться, Девон. Ты только подстегнёшь её.
Хлоя закатила глаза.
— Рейни, я скажу это в менее грубых выражениях, чтобы успокоить миссис Чопорная и миссис Правильная. Я лично думаю, что для тебя было бы не так уж плохо позволить Мэддоксу нырнуть в твои воды.
— О, ради Бога, Хлоя, — буркнула Харпер, покачав головой в ответ на фырканье Рейни.
Оторвав целлофановую обёртку от пирожного, Хлоя посмотрела на сфинкса.
— Боже, какая ты сегодня раздражительная. Разве Нокс в последнее время не занимался нырянием? Вот в чём дело?
— Я больше не буду с тобой разговаривать. — Харпер вернула внимание к Рейни. — Что ты планируешь делать с Мэддоксом?
Рейни тяжело вздохнула.
— Не знаю. Честно говоря, моё либидо за то, чтобы оседлать его. Но мозг говорит, что это глупо.
Харпер кивнула в знак понимания.
— То же самое было и со мной, когда Нокс сделал ход несколько лет назад. Я сопротивлялась ему… и себе, если уж на то пошло, — некоторое время, как вы знаете. Конечно, я не жалею, что уступила. Но всё могло закончиться совсем по-другому. Он мог устать от меня и найти кого-то другого. Было бы больно. Ты беспокоишься, что произойдёт именно это?
Рейни нахмурилась.
— Не думаю, что Мэддоксу будет больно слышать, что он мне надоел, ведь между нами и так много стен. Он никогда не позволит мне приблизиться. Никогда. Поэтому я прекрасно понимаю, что секс между нами ни к чему другому не приведёт.
— Я не говорила, что у тебя не должно быть конфликтов, — вмешалась Девон, доставая из пакета ещё один чипсик, — но почему ты так поступаешь, если не считаешь, что в этой ситуации потенциально можешь пострадать?
— У меня ощущение, что я плаваю в незнакомых водах. — Рейни откинулась на спинку. — Я никогда раньше не чувствовала сексуальной химии. Не представляла, что она будет такой заряженной и… порочной. Очень порочное чувство. Как будто у неё есть зубы и когти, и она не собирается их разжимать. Это нормально? Оно проходит само по себе?
— Это нормально, но не привычно, — ответила Девон. — Я никогда не чувствовала такого ни с кем, кроме Танера. А между нами это чувство вспыхивало годами. Но это не значит, что химия между тобой и Мэддоксом не ослабнет. — Она бросила в рот чипс. — Что ещё есть в этих незнакомых водах, о которых ты упомянула?
— Я никогда не встречалась с парнем, которого нельзя было бы заманить в ловушку, но всегда мечтала найти кого-то подобного. Теперь же, как думаете, я должна быть в восторге? Можно подумать, мне не терпится узнать, какая между нами связь. — Рейни потёрла руку. — Хотя мне нравится, что у меня нет на него сверхъестественного влияния, чувствую себя уязвимой.
— Потому что не иметь на него влияния — это всё равно, что противодействовать твоей силе, которая, как у суккуба, связана с твоей сексуальностью, — заметила Харпер.
Рейни округлила глаза.
— Да. Я не могла раньше выразить это словами, но, да, так и есть. — Она тяжело выдохнула. — Оказывается, как он и сказал, мне удобнее иметь дело с тем, что я знаю.
— Большинству так. — Харпер сделала ещё один глоток из бутылки. — В этом нет ничего плохого.
— И, возможно, он также прав, говоря о моём страхе, что он возьмёт надо мной верх, — признала Рейни, слегка наклонив голову.
— О, он будет стараться изо всех сил, — предсказала Харпер, отставляя бутылку. — Тебе попался альфа. Так они ведут себя в спальне. Да и за её пределами, если уж на то пошло. Так что твоё беспокойство не лишено смысла.
— Он также обвинил меня в опасениях, что мне понравится, если он возьмёт верх.
— Возможно, в спальне. В этом тоже нет ничего плохого. Подчинение — не демонстрация слабости.
— Знаю, но я бы не чувствовала себя слабой. А просто… Это трудно объяснить. Я никогда не была с мужчиной, который был бы настолько… настолько всем. Мэддокс обладает подавляющим присутствием. Оно огромное и сильное, а иногда даже немного угнетающее. И я не знаю, сколько ему лет, но у меня такое чувство, что он ходит по этой земле гораздо дольше, чем я.