— Я должен защищать её. Она — мой анкор.
— И это ты признаешь только тогда, когда удобно. А значит, ей не нужно признавать это, когда ей неудобно.
Глаза Мэддокса потемнели, когда на поверхность всплыла его сущность.
— Мне не нравится, что он удерживается от связи, — начало оно, — но я понимаю причины. Что бы ты ни думал, она важна для него.
Демон Рейни фыркнул.
— Я поверю в это, после его демонстрации. А теперь я закончил с вами обоими.
Демон затих, вновь оставив Рейни. Но сущность Мэддокса не отступила. Она наблюдала за ней чёрными глазами, похожими на огромные пустоты.
— У твоего демона есть характер, — сказал он.
— Как и у тебя, — заметила Рейни.
Он хмыкнул и отступил. Голубой цвет глаз Мэддокса вернулся, и потомок посмотрел на неё уже не таким жёстким и холодным, как несколько минут назад, взглядом.
— Не думаю, что мы должны позволять им часто общаться, чтобы они не вцепились друг другу в глотку, — заметила она.
Мэддокс надолго замолчал.
— Твой демон ошибается, если считает, что я признаю тебя своим анкором только тогда, когда мне удобно. Возможно, мои действия не отражают этого, поэтому я не могу винить его за такие мысли. Но ты знаешь лучше.
После разговора, который состоялся во время их последней встречи, Рейни понимала лучше. Может, она и не так важна для него, как должна по праву, но имела для него такое значение, какое он никогда никому не позволял иметь.
— Я знаю, что ты не слабая, Рейни. Но ты не переживёшь смертельного удара священного огня. Я бы сказал, маловероятно, что ангелы вернутся за тобой. Но я раньше считал, что они никогда бы не нацелились на тебя, так что я отказываюсь рисковать. Я также не вижу причин, почему ты хочешь риска. Ты умнее.
— Вот почему я собираюсь пожить некоторое время в пентхаусе Харпер и Нокса.
— Если ангелы намереваются добраться до тебя, найдут способ. Возможно, они заманят тебя в ловушку. Поэтому мне нужны гарантии, что ты больше не нарушишь своего слова.
Она могла справиться с любым нимбоносцем, который придёт за ней, потому что ангелы не застанут её врасплох во второй раз; она не будет колебаться, чтобы действовать так же, как и раньше. Но каждый раз, когда она использовала адское пламя, рисковала, что об этом узнают другие. Так что если Мэддокс захочет сразиться с ангелами, она не станет возражать. Поэтому она отсалютовала ему и сказала:
— Как скажешь.
Он подозрительно прищурился. Она думала, догадался ли он, что она вовсе не так сговорчива и покорна, как ему хотелось бы верить.
Наконец, он удовлетворённо кивнул.
— Повезло, что Хлоя была с тобой сегодня, — сказал он со скептической ноткой в тоне.
— Определённо, — согласилась Рейни. — Думаю, мне стоит послать ей открытку с благодарностью и корзину фруктов.
— Я бы предпочла коробку пончиков, если кто-то записывает, — отозвалась Хлоя.
Рейни вздохнула и закатила глаза. Эта девушка постоянно грела уши.
— Тебе нужна помощь, чтобы перенести вещи в Подземку? — спросил Мэддокс.
Рейни покачала головой.
— Нет, но спасибо, что спросил.
Он ещё раз кивнул.
— Мне нужно поговорить с ангелом. Я свяжусь с тобой позже.
С этими словами он телепортировался прочь. Люди начали возвращаться в комнату.
Эванджелин выдохнула.
— Он… мощный.
Рейни промычала в знак согласия.
— Что бы ни думала Деми или кто ещё, ты действительно важна для него, — утверждала её мать. — Я не думаю, что он знает, что с этим делать. Но научится.
— Лучше бы он это сделал, — добавила Харпер. — Ну что, Рейни, ты согласна переехать в пентхаус?
— Думаю, сейчас самое время, — ответила Рейни.
Харпер кивнула.
— Тогда пойдём собирать вещи.
Внутренний демон Мэддокса с извращённым чувством удовлетворения улыбался, глядя, как спящий ангел дрожит в силовом поле ледяной энергии. Мэддокс воздвиг его, уверенный, что оно удержит нимбоносца. Никто ещё не вырывался — ни демон, ни феи, ни вампир. Он сомневался, что ангел станет исключением.
Мэддокс посмотрел на Гектора и сказал:
— Разбуди его.
Мгновение спустя веки ангела затрепетали, и он беспокойно заёрзал. Туман сна, казалось, рассеялся, потому что ангел широко распахнул глаза. И, конечно же, попытался перенестись, но его лишь меркнул, как неисправная лампочка. Затем он ожил и запустил в силовое поле священный огонь.
Мэддокс вздохнул.
— Я бы не стал тратить силы на попытки сбежать. Поле невозможно уничтожить или вырваться из него.
Но ангел продолжал сопротивляться, не желая признавать поражение. Но, в конце концов, признает. И тогда сможет кое-что прояснить для Мэддокса.