Мэддокс обхватил её запястье и телепортировался обратно в клуб. Потомки, которые сражались бок о бок с ним ранее, всё ещё были там, изо всех сил стараясь привести место в порядок. Однако клуб вряд ли откроется сегодня вечером.
Пепел на полу подсказал, что мёртвые ангелы были сожжены. Единственный выживший был заключён в силовое поле, дрожащий, с посиневшими губами и красными щеками.
— Мэддокс, — начала Рейни, — все телепатически зовут меня. Они заметили, что я пропала. Я заверила, что со мной всё в порядке, но они хотят получить ответы, и я предполагаю, что не смогу рассказать им всю правду.
Нет, она определённо не могла.
— Скажи, что ты не могла отвечать им, потому что до сих пор была без сознания. Скажи, что мы встретимся с ними в пентхаусе через час, где и объясним всё остальное. Сначала нам нужно кое-что сделать. Они будут недовольны таким ожиданием, но ладно.
Отпустив её запястье, Мэддокс направился к ангелу.
— Итак, план состоял в том, чтобы настроить мою Общину против Общины моей анкор. Ещё одна стратегия разделяй и властвуй. Ваш архангел — своего рода актёр одной роли, да?
Носитель нимба отвёл взгляд, напряжённый, как лук, приготовившийся пустить стрелу.
«Что случилось? — спросил Гектор. — Дункан только что телепатически сказал, что девушки, с которыми работает Рейни, похоже, в бешенстве. Они с Хойтом сейчас врываются в студию».
Не отрывая взгляда от ангела, Мэддокс ответил:
«Кто-то похитил её, но она не видела, кто именно. Это может быть даже наш гость».
Мэддокс прищурился на пленника.
— Мне нужно, чтобы ты передал сообщение своему драгоценному архангелу. Могу я рассчитывать, что ты передашь всё дословно?
Нимбоносец скривил верхнюю губу.
— Я ничего не буду делать для тебя.
— Так и думал. — Мэддокс телекинетически перевернул его и распахнул мантию, обнажив кожу на спине. Всё ещё удерживая ангела одной лишь силой мысли, Мэддокс ослабил силовое поле. — Ну, давай посмотрим… Я бы очень многое хотел сказать твоему руководителю, но «холст» мал, так что придётся изложить всё кратко и ёмко.
Мэддокс поднял руку и выпустил поток ледяной энергии с кончика указательного пальца, сфокусировав на спине ангела, а затем начал писать. Нимбоносец кричал сквозь зубы, и вскоре крики превратились в жалобные всхлипы — каждый звук был подобен музыке для ушей его демона.
Гектор присвистнул, когда Мэддокс закончил, и прочитал вслух.
— Ты действительно думаешь, что достоин быть одним из Семёрки, Кастиэль? Тогда перестань посылать приспешников и встреться со мной лицом к лицу… если осмелишься, — усмехнулся Гектор.
Мэддокс снова проделал брешь в их сверхъестественной безопасности и ослабил телекинетическую хватку на ангеле.
— Иди. — Ангел мгновенно удалился. Затем Мэддокс снова закрыл брешь.
— Эта насмешка станет хорошей приманкой, — сказал Гектор. — Как думаешь, Кастиэль клюнет?
— Думаю, что его эго клюнет. Встретится он со мной лицом к лицу или нет — совсем другой вопрос. — Мэддокс обвёл взглядом каждого потомка в комнате и сказал: — Через десять минут я проведу собрание. На нём должны присутствовать все. Передай всем эту информацию. — Гектор бросил взгляд на Рейни. — Что на этот раз сделали с ней носители нимба?
— Я объясню на собрании.
В этот момент разум Джолин соприкоснулись с его.
«Мэддокс, я не знаю, что может быть важнее, чем привести Рейни ко мне, но заставлять ждать неприемлемо».
Мэддокс мысленно вздохнул. Он понимал, что Джолин необходимо увидеть Рейни собственными глазами, но не мог откладывать собрание и, конечно, не мог пригласить Джолин на него.
«Скоро её увидишь. Ты разговаривала с ней телепатически и знаешь, что с ней всё в порядке».
«Этого недостаточно».
«Так и должно быть, потому что нам нужно кое-что уладить, прежде чем сможем встретиться с тобой и остальными».
«Я её предводитель, Мэддокс».
«А я — её анкор. Она нужна мне рядом прямо сейчас — я отказываюсь оправдываться или спорить с тобой по этому поводу».
Мэддокс закончил разговор и повернулся к Рейни, которая оглядывала клуб, оценивая ущерб. Если её и обеспокоило то, что он сделал с ангелами, никак этого не показала. С другой стороны, она, вероятно, была так же зла на этих ублюдков, как и он.