Эванджелин напряглась.
— Это не Деми.
Джолин повернулась к ней с сочувствием.
— Мы должны учитывать, что она может быть причастна.
Эванджелин яростно замотала головой.
— Она могла сказать это Дуэйну, когда была пьяна или что-то в этом роде. Или, может, доверила ему эту информацию. Он её анкор.
— Возможно, — признала Джолин. — Но имейте в виду, что единственный человек, который, скорее всего, разозлится из-за того, что Рейни нашла своего анкора и связалась с ним, — Деми. Она будет зла и жестока, потому что у Рейни есть то, чего хочет Деми.
Лахлан потёр лицо.
— Я не могу этого отрицать, но все считают, что Рейни и Мэддокс — пара. Дуэйну бы это не понравилось, так? Он не хочет, чтобы она была счастлива.
Эванджелин взмахнула рукой.
— Я не верю, что Деми имеет к этому какое-то отношение.
Джолин коснулась её руки.
— Я понимаю. Правда. Просто не могу позволить себе думать также. Я должна быть объективной. Ты же знаешь.
Эванджелин кивнула.
— Знаю. И я благодарна тебе за это. Но… — Она повернулась к Рейни, её глаза были влажными и полными сожаления.
— Всё в порядке, мам. Правда. Я понимаю. — Рейни искренне так считала, потому что знала, что её мать будет яростно защищать её в такой же ситуации, пока не получит доказательства вины Рейни. К тому же… — Как и ты, я всё ещё надеюсь, что это не она. — Переведя взгляд на Джолин, Рейни спросила: — Как думаешь, кто-нибудь решит уйти, потому что ты отказалась меня выгнать?
— Возможно, — ответила Джолин. — Но более вероятно, что кто-то будет угрожать уходом, думая, что заставит меня передумать. Это не так. Я ни за что не стану наказывать тебя или кого-то ещё за то, чего вы не делали.
Боже, эта женщина потрясающая. Многие предводители могли бы вести себя по-другому, просто чтобы сохранить мир в Общине, но не Джолин. Она отстаивала то, во что верила. Отстаивала каждого из своих демонов.
Рейни прикусила губу.
— Всё уже не будет как прежде, да? Некоторые никогда больше не будут мне доверять, теперь, когда знают, на что я способна.
Лахлан сжал её плечо.
— Некоторые могут вести себя с тобой как придурки, но не все. Меня больше бесит, что если бы они оказались в ситуации, когда вопрос стоит между жизнью и смертью, и единственным выходом было бы использовать такую способность ради спасения, они бы ожидали, что ты это сделаешь. Ни один человек не сказал бы тебе не делать этого.
Бек кивнул.
— Я думаю, что главная причина, по которой они так отреагировали, — шок. Как только они осознают случившееся и будут вынуждены взглянуть на ситуацию со всех сторон, сомневаюсь, что она покажется им такой уж ужасной.
Рейни не была так уверена, но мысль приятно грела.
Ошеломлённая происходящим, Рейни пребывала в каком-то оцепенении, когда Киран телепортировала её обратно в пентхаус. По его рекомендации она телепатически сообщила Харпер о случившемся, прежде чем кто-то из родственников сфинкса опередит её.
Разумеется, Харпер, Девон и Хлоя вскоре появились в пентхаусе — все в ярости не только из-за бойкота, но и из-за людей в Общине, которым, по словам Харпер, нужно «спуститься с небес на землю». Сфинкс также предложила Рейни просто присоединиться к их Общине, что, по мнению Девон и Хлои, лучшая идея на свете. И прямо тогда, когда Рейни чувствовала себя такой подавленной, ей показалось не такой уж плохой идеей сменить Общину — Мэддоксу это понравилось бы, ведь он каждый день уговаривал её присоединиться к своей. И тот факт, что большинство членов его Общины теперь были довольно милы с ней, подрывал аргумент «Мне там не рады».
Не желая оставлять Рейни одну, Харпер попыталась убедить её остаться у неё на ночь, но Рейни была не в настроении для компании. Уважая её желание, девочки, в конце концов, ушли, но перед этим Рейни пообещала позвонить, если передумает.
Она поплелась в ванную и подошла к отдельно стоящей ванне, намереваясь долго понежиться в горячей воде, вот только просто встала там. Неужели это происходит на самом деле? Неужели часть её Общины действительно нацелилась на неё из-за способности, о которой она не просила? Застонав, она повернулась и села на край ванны. Рейни официально возненавидела того, кто отправил эти сообщения. Официально. Возненавидела их. До тех пор, пока она не оказалась в центре, где все хмуро смотрели на неё и намекали, что она не имеет права быть частью Общины, Рейни всегда чувствовала себя в безопасности и непринуждённости среди членов Общины. Они были как одна большая семья — семья, которая не всегда ладила, и в которой было пару придурков, но всё же это семья.