Но Фёдор, взяв себя в руки насколько это только возможно, встал и начал одеваться. Он стал собирать всё, что у него было с собой в тот момент и пошёл к регистратуре. Дойдя до полукруглого закрытого стола, за которым стояли три упитанные женщины, он сказал своё имя со словами, что выписывается. Одна из тех женщин быстрым движение руки взяла справку, уже подписанную врачом и поставила печать, выдав Фёдору. Фёдор поблагодарил и пошёл к выходу. Отпирая стеклянную дверь, в его глаза бил солнечный свет, слепя и не давая разглядеть что творится перед ним. Фёдор начал аккуратно неторопливо спускаться по ступеньками, смотря себе под ноги. На улице было уже тепло: птички пели не в себя, начинали цвести растения и фактически уже распустились почки на деревьях. Спустившись, он уже решил для себя, что не будет никуда возвращаться, не скажет никому о своём выписывании, а пойдёт в лес. Так он и сделал. Спустя довольно долгое время хождения по городу, рассматривания улиц и людей, непринуждённо бродящих по пыльным переулкам и тропам города, он покинул город и дошёл до леса.
Глава 9
Перед ним оказался всё тот же лес, в котором он бывал уже не раз и который мог стать для него вторым домом, куда, постояв и недолго думая, он пошёл. Ни мысль об опасности или возможной встречи с кем-то не беспокоила и так опечаленный разум Фёдора. Он шёл вперёд, пробирая кусты и обходя непреступные поросли деревьев.
Но вдруг перед ним оказался Хорал.
–ого, какая встреча! А я не ждал, признаюсь. Или ждал… Ну и ну. Что ж тебя привело в эту глушь. Что молчишь? А?
Но Фёдор не ответил ни слова, даже не посмотрел на него, а просто прошёл мимо.
–хэй, куда же ты, погоди. Что такой серьёзный-то? Выписался и начал по лесу гулять? Молчишь? Ну ладно, ладно, не буду беспокоить, – сказал Хорал и развернулся, пойдя в другую сторону, противоположную Фёдору.
Фёдор шел неугомонно, как будто не уставая и не делая передышек, хотя его ноги уже болели от столь долгой ходьбы по пересечённой местности. Но вдруг он дошёл до какой-то быстрой маленькой, но полноводной речки, он решил сесть рядом с ней и всё-таки отдохнуть.
И срывая листики с кустов, мирно растущих рядом с ним, он находился в глубоких раздумиях, мысля о том, что произошло и как можно действовать дальше, пробирать свой путь. Но он резко встал, всё вокруг на миг замолчало. Начал завывать небольшой ветерок. Он постоял пару секунд, вглядываясь в поросший камышом противоположный берег, выжигая его своим взглядом. Но вдруг он начал отходить назад. Снова встал на одном месте. Бормотал что-то невнятное себе под нос и очень громко кричал, очень, очень громко. Стал бить себя и у него полились слёзы из глаз, капали, усиливая свой поток. Он не сдержался и упал на землю разрыдавшись.
–это я виноват! Я земная тварь, испортившая жизнь этому миру. Нет… Что же делать? О боже! Если бы я знал.
Но он снова так же резко встал, крича как можно громче, разрывая свою гортань до хрипоты: "Я сильный. Я силён. Вся сила во мне
Я смогу". Сжав руку в кулаке до боли, он разбежался и прыгнул в реку. Она его приняла в своё объятье как самого родного, дорого ей сыночка, скрыв стремительно людское обычное тело в своём бурном потоке.
И больше его никто не видел. Никто…
Лишь утренние густые туманы сходили по журчащей лесной реке, в которой плескалась играющая рыбёшка, хватающая зазевавшихся комариков. Ветер тепло и приятно дуя, шелестел молодые весенние листочки, а вместе с ними птицы, перелетая с одной ветки на другую, пели красивые песенки, предвкушая приход нового дня и наступающее лето. Вокруг стояло умиротворение.