Ежов побежал со скоростью ветра, не видя никого и ничего вокруг через дорогу, даже не дойдя до пешеходного перехода.
Но тут его сбивает машина, успев вовремя затормозить. Ежов падает на асфальт спиной. Его ещё сильней переполняет злость. В то время из самой машины выскакивает водитель и подбегает к Ежову.
–вы впорядке? Куда же вы бежите!? – спросил водитель.
–отстань! Не до тебя сейчас, – ответил Фёдор.
–ишь ты косноязычный какой! Сейчас мы разберёмся.
Но Ежов не слышал и не видел ничего вокруг, его ничего не интересовало, кроме как догнать и справедливо по его мнению наказать Фёдора. Он слепо следовал своей цели, как хищник, настигающий свою жертву. Он встал и вновь побежал, только с ещё более быстрой скоростью. Перебежав дорогу и сбив по пути пенсионерку, он вбежал в парк, где среди мирно гуляющих людей, он не увидел Фёдора. Ежов разозлился и не знал, что делать теперь. Он ударил кулаком со злости близстоящее дерево. Из его руки потекла кровь, но ему было без разницы, ведь даже такой удар ему не помог, так как у него была в данный момент только одна цель – наказать Фёдора и ничто другое. Но вдруг в его глазах вдали замелькал человек, очень похожий на Фёдора. Ежов рванул туда, сбивая всех прохожих на своём пути. Он догнал этого человека и схватил за шею.
–вот ты и попался, дружок!
–что? Вы кто!?
Но этим человеком оказался неизвестный мужчина тридцати лет.
–ой! Извините, пожалуйста, я, кажется обознался.
И Ежов побежал от этого места куда глаза глядят как можно скорее. Он вышел на какую-то улицу, на которой доселе не бывал.
–твою мать! Теперь я точно его не найду. Сукин сын! – подумал Ежов в своих мыслях.
Но совсем неподалёку, почти напротив через дорогу, проходил Фёдор.
–опа-а. Вот это называется фортануло, – сказал чуть слышно Ежов.
Он побежал вновь, как на прошлой улице, через дорогу, игнорируя все автомобили и крики озлобленных водителей. Он моментом настиг Фёдор, уцепившись в его шею и давя её всей своей силой. Он не думал ни о чём совсем. Жажда "наказания" была сильней всякого разума.
Фёдор тяжело повернулся и увидел лицо Ежова и тогда выкрикнул:
–что тебе опять от меня нужно?
–ты виноват, что на меня накричал препод, что меня из-за тебя сбила машина и я чуть не попал в драку, мразь!
–это всё виноват только ты, я не могу быть к этому причастен. Вини только себя!
–ну ты договорился, малой. Получи, ублюдок. Заслужил.
Ежов стал бить Фёдора по лицу кулаком с такой животной злостью, что навряд ли такая злость может настигнуть просто так ум человека.
–помогите! Люди! Ну! – кричал Фёдор, пытаясь вырваться из-под ударов и руки Ежова.
Но никто из прохожих не желал вмешиваться в драку, обходя её стороной, будто не видя, что происходит и думая каждый про себя, что это не их дело или то, что поможет кто-то другой, а не они, оправдывая себя, что им нужно куда-то торопиться или у них очень важные дела.
Фёдор понял, что дождаться помощи ему не придётся. И тогда он со своего внезапного для него раздражения ударил в живот с размаху Ежова, что тот аж свернулся со стоном, отпустив Фёдора. Но Фёдор предпочёл не оставлять дело недоделанныи и ударил Ежова ещё раза два в висок. Тот упал, крича какие-то еле разборчивые маты, а из носа у него пошла кровь. Фёдор, вдруг осознав, что сделал, в резко окутавшем его шоке побежал в неизвестном направлении. Он добежал до православного желтокуполинного собора, ранее ему не встречавшимся, на котором раздавались вовсю колокола. Он встал перед ним, смотря вверх и ловя тихо падающие на его лицо снежинки, разглядывая саму церковь вдоль и поперёк. Так смотря на неё, он впал в мысли на некоторое время, но холод быстро их отогнал и вернул Фёдора в реальность. Он осознал и прикинул, что находится недалеко от своей остановки трамвая, но идти обратно ему было не вариант, так как не хотел вновь встретиться лицом к лицу с Ежовым. Он решил пойти другим путём, который был ему неизвестен, но по его мнению был вполне логичный. И вправду – через минут пять ходьбы он вышел снова на ту же дорогу и пошёл уже к следующей станции пешком. Фёдор, стоя на ней и смотря в одну точку размышлял о разных событиях, произошедших за весь год, но его размышления были сорваны приехавшим неожиданно быстро трамваем. Зайдя в него и доехав до своей станции, а после и дойдя в свою квартиру, он начал собираться в отправление в свою родную деревню, к своим родным
Так и прошёл день, промчавшись как миг. Фёдору уже надо было через несколько часов садиться на поезд до города, чтобы приехать в свою деревню и отметить новый год вместе со своими родственниками. Все билеты уже были куплены и ему что оставалось теперь – добраться до станции, в которую он когда-то приехал из малого города, в котором учился в школе, чтобы учиться в большом в университете. Так как метро было закрыто в это время, а почти все автобусы и иной общественный транспорт не работал, ему пришлось вызвать такси. Приехал к нему машина с усатым дядькой за рулём, который по дороге рассказывал всякие смешные истории из жизни под музыку из радио. Когда он добрался, вышел из такси, до поезда оставалось совсем немного времени. Он захватив чемодан, помчался к перрону, где уже оказывается стоял состав и ждал всех пассажиров. Фёдор вошёл в него и показав билет кондукторше, прошёл на своё место, которое находилось у окна. Поезд ждал своих пассажиров примерно около получаса. За это время к нему каким-то магическим образом присел странный, но очень харизматичный мужчина с чемоданом в руках, в солнцезащитных очках, в расстегнутом пальто, под которым был модный темно-малиновый пиджак, одетый на белую рубашку. Он посмотрел на Фёдора, подняв брови, однако из-за очков не было видно его взгляда, потому от этого Фёдору становилось чуть жутко.