Меня встретили обжигающий холод потяжелевшего посоха-факела, синхронная пульсация заключённых в круг символов на выступах и собственная нагота. Ощущая ласкающую тёплую нежность пепла босыми ногами, я приблизился к единственному не горящему Имени, наклонил к нему жаровню и повелел:
— Иезиль!
Но любовь вселенной, видимо, всё же была дозированной - по чуть-чуть на день. Я даже повторил попытку, стараясь произнести Имя, которым пользовался Кайрат, почётче, но по итогу ничего так и не произошло.
Твою ж мать, и что теперь делать?.. Вооружённой охраны лагеря было мало, это так. За время, что я тут высиживал, кроме того случайного солдата, больше никто мимо не прошёл. На удивление. Но гражданские! Их тут ходили десятки!
Обнадёживало, что одеты люди были в самую обычную одежду, какая продаётся в любом магазине, так что внешне я едва ли выделялся. До этого я почему-то представлял, что сотрудники Ордена, пусть и обитающие на базе постоянно, обязательно должны были носить чуть ли не униформу с какой-нибудь эмблемой. Солдаты не в счёт.
Внимательно осмотрев фасады однотипных домов, я насчитал с дюжину камер. И как ни прикидывал, а придумать к тюрьме такой путь, чтобы не попасть под них совсем, не получалось. К тому же, если я буду прицельно избегать зоны их покрытия, это почти стопроцентно вызовет подозрения у сотрудников Ордена. Единственное возможное решение - казаться естественным. Изображать такого же местного жителя, пусть и новичка. У них же бывают тут новички, да?..
Чёрт, меня ж сразу поймают! Вот просто в первую же секунду кто-нибудь ткнёт в меня пальцем и закричит “держи наркомана!”. Наркомана, именно так. Ну а кто ж ещё додумается перелезть через зачарованный периметр и, сунув руки в карманы, прогулочным шагом и чуть ли не насвистывая, переться прямиком под десятки бдительных объективов мимо тихо охреневающих местных?
Я выдохнул. Представил себе разлитую по бокалам Ксюху, которую смакуя пьют Разумовский и компания, и вытолкнул себя из-за сосны. Если я не справлюсь, очень скоро её Пламень окажется в минибаре бронированного “мерса”. И этого я не допущу.
Когда я поравнялся с первым гражданским, то от волнения, думал, позабуду как правильно переставлять ноги, запутаюсь и плашмя шлёпнусь на бетон. Но человек совсем не обратил на меня внимания, продолжая что-то нахмурившись изучать на экране маленького планшета. Следующий тоже был занят своим делом. И следующий. А уж та пара на лавочке у совсем молоденькой огороженной сосенки с памятной табличкой и подавно. Проходя мимо, я скосил взгляд и быстро прочёл, что на ней было написано. “Оперативник Маслов Сергей Сергеевич, пал в бою за Человечество”. Парень с девушкой целомудренно держались за руки и негромко переговаривались, как если бы у этого мемориала погибшему сотруднику Ордена надолго прощались…
Я почему-то обратил внимание на девушку. Ничем, кроме униформы, вроде бы не примечательная, она, тем не менее, прямо-таки впечаталась в мою память: ни навороченной причёски, ни макияжа, в целом простенькое личико, не отражавшее ничего, в общем-то, особенного. Таких сотни в толпе в час-пик. Девушка казалась воплощением слова “обычная”. Разве что на рукаве её едва виднелся отличительный знак - серый, в цвет униформы, медицинский крест.
Чем глубже я входил в городок, тем сильнее ощущал нарастающую… нет, не тревогу даже, а полнейшую, обезоруживающую растерянность. Ведь я ожидал увидеть что? Скорее всего какой-нибудь военизированный охраняемый объект с кучей шагающих в ногу солдат, громкоговорители по столбам с громыхающим маршем, что-то вроде плаца, ну и казармы, казармы, казармы. Но никак не жилые дома с вывесками продуктовых магазинов! Или салонов красоты! Или спортивного центра! Или…
— Извините, а вы новенький?..
Я врос в бетон дорожки прямо там, где меня окликнули. Это были… дети! Девочка и мальчик лет по восемь, не больше! Они смотрели на меня без смущения и ждали ответа.
— Новенький, - кивнул я и как можно натуральней улыбнулся.
— А вам подсказывать надо, да? - вышел вперёд бойкий мальчишка.
— Просто мама говорит, что новеньким надо подсказывать, - картаво пояснила девочка.
— Правильно мама говорит, - толкал я наружу слова. - Но я знаю, куда мне нужно. Спасибо.
— Пожалуйста, - хором ответили дети и, с чувством выполненного долга, переговариваясь и смеясь, побежали к ничем не огороженной детской площадке, полной копошащихся в песке сверстников. Там же были и дети постарше: кто-то играл в баскетбол, а кто-то с ракеткой в руках упорно сражался с тихим ветерком, которого вполне хватало, чтобы воланчик не летел куда нужно. Не знаю почему, но я поспешил отвернуться.