Тум-тум. Тум-тум. Тум-тум.
Три Имени пульсировали вместе с борющимся за мою жизнь сердцем, словно бы пытаясь ему подсобить. Я даже мыслить толком не мог. Вдыхал-то через удар - рывком, почти уже агонизируя. Но оставался в сознании. И беспомощно наблюдал, как приблизились двое преследователей в масках, держа наготове короткие автоматы. Не было впереди никакой машины, мне померещилось…
— Живой, - удивлённо констатировал первый оперативник, махнув воронёным стволом в мою сторону. - Попадание ж было десять минут назад! Глянь!
— Вижу. Не действует что ли?.. Ч-ч-чёрт… Ладно, медлить нельзя. Карета, карета, приём, - позвал в рацию второй. - Квадрат пять-ноль-пять. Кто рядом? Время подхода?
— Минута, - прошипела из эфира им в ответ какая-то девушка.
— Во, ёпт… Там эта, дочь Серёгина... - узнав говорившую, с недобрым негодованием процедил в сторону первый. - Сопля ж ещё! А если рука дрогнет?
— Не нагнетай. Справится. Девчонка толковый спец, - отрезал второй и уже в рацию: - Готовьте контейнер. Объект живой. Повторяю - живой.
Меня подхватили под руки и быстро поволокли к дороге. Сопротивляться я не мог. Послышался визг тормозов, шум раздвижной двери, неразборчивые приказы из рации, и я оказался лежащим лицом в грязный волнистый металл автомобильного пола. Меня швырнули, как долбаный трупешник. Да что там, я таковым почти и был!..
— Аккуратней! - тревожно прикрикнула на оперативников девушка, говорившая с ними минуту назад по рации. - Инструктаж забыли?! Снаряд так кантовать нельзя! Точное время после попадания?
— Одиннадцать, двадцать одна, - отозвался кто-то бойцов. Машина плавно тронулась с места.
— Много. Слишком много. Не довезём. Почему не доложили раньше?
— Да он на ногах же был! Он вот только упал!
— Приказываю извлекать на ходу… - неожиданно вклинилась в оживлённый диалог рация, и я узнал Камрада. Воображение услужливо подкинуло сногсшибательный запах дешёвого парфюма и почему-то хриплое сигаретное дыхание с присвистом. - Повторяю: приступайте к извлечению снаряда немедленно!
Машина несильно вильнула, и я покачнулся, провалившись, кажется, на пару секунд в забытье. Я уже не отличал замедляющегося боя сердца от пульсации Имён, они стали единым целым. Где-то в спине, казалось, шевелилось что-то живое. И голодное. Та самая пуля, о сохранности которой орденцы переживали куда больше, чем обо мне…
— Держите контейнер… Оба держите, вы меня поняли? - судя по голосу, девушка была едва ли старше меня, а так рьяно командовала двумя взрослыми мужиками!
Даже забавно, какие мысли приходили в голову в этот момент…
Рубаху на мне разрезали в спешке, ничуть не заботясь о моей коже, стянули и швырнули перед лицом. Я уставился на неё, ощущая себя такой же безвольной и ни на что не способной тряпкой. Покончив с Пламенем, пуля взялась за физические силы, отчего я даже моргнуть не мог, не то что пошевелиться. Странно, но… я не чувствовал страха. Вообще. Был спокоен, словно бы знал наверняка - смерть сегодня ко мне не успеет.
По сплетению боли в спине прошёлся скальпель. Кажется, я снова терялся на пару мгновений, потому как из рации опять звучали распоряжения Камрада после гранитного “повторяю”. Но теперь я свободно дышал. Долбаные тиски разжали мою грудную клетку! Пулю вытащили!..
— Хорошо фиксируйте контейнер… - попыталась было напомнить девушка-медик, как вдруг какая-то сила бросила её прямо на меня.
— Сука! - успел выругаться водила, и в левый борт что-то со скрежетом влетело, увлекая фургон с собой на обочину.
Удар! Меня протащило по волнистому металлу пола, перевернуло и врезало плечом в перегородку. Девушка-медик оказалась прямо на мне, а сверху на нас полетели хирургические инструменты из её раскладной приземистой сумки - сплошь острые и зубастые. Ревя мотором, фургон застыл на месте, из кабины слышался сдавленный хрип и плыл сладкий запах нагретого антифриза. Девушка со стоном поднималась, а я, ощущая, наконец, возвращение хоть каких-то сил, попытался нащупать ручку раздвижной двери.
Двое бойцов друг напротив друга так и застыли навеки с раскрытым контейнером в руках, словно бы чёрные копатели над найденным кладом, чьё проклятье моментально съело их души. Глаза оперативников стали полностью белыми. Чёртова пуля, извлечённая из меня, в момент удара высосала их Пламень досуха! И теперь искрилась на тёмной мягкой подложке и переливалась, медленно и сыто угасая.