- Я молчал когда ты полез в Верон. Я так же молчал когда ты попал в восьмёрки. Любимое число? - Демон поднял голову к горящим облакам и рассмеялся - Я даже промолчал когда ты отпустил того лжеца. А сейчас кусок мяса у нас в руках - а ты играешься в праведника? Ты мне противен. - Демон плюнул на землю, и сжал горло сильнее.
Хватка не ослаблялась. Трезвая часть о чём-то замаслилась, оставив почти всякий интерес к истязающемуся телу падшего. Воздух кончался. Его последние мысли будоражили его кожу, покрывая её рябью. Он что-то вспомни, что бы никогда никому не рассказал. О своей любви. Свой ненависти, и не сбытых мечтах.
- Тебе ведь никто не скажет «спасибо», - Кривоватый голос звенел тусклым эхом, которых падший уже не слышал. - все будут только иметь тебя, а ты будешь снова и снова подставлять свою задницу как сучка...
Последние пузырьки воздуха циркулирующие по венах - закончились, а глаза закатывались в небытие. Разум продолжал кормить воспоминаниями в предсмертной агонии. Падший ничего не видел, и ничего не осознавал, но его длинная атрофированная рука сжала горло демон, и начала его душить. Выцветшая ткань рубахи разорвалась, а нелепые утиные крылья горделиво выпрямились, словно были так же красивы и могучи как в прошлом.
Пальцы демона разжались, и падший рухнул на колени. Он стоял так долго, склоняя голову и жадно вдыхая вонючий гарью воздух,.
- Как смешно... - Иронично вздохнул демон. - Сейчас ты стоишь на коленях, перед тем кого ещё недавно презирал. - Демон посмотрел на падшего снизу вверх, а в его голосе не читалось и доли безумия. - Не далеко падать?
Изморённый правдой, демон сел у ствола. Он овладел своим телом, но был побеждён. Разум продолжал кричал ему, что бы разорвать хрупкое тело падшего, и высосать всё что в нём есть. Но он знал, что даже если отдастся порыву, всё равно не утолит свою жажду, и не наполнит её на столько, на сколько ему бы хотелось.
- Говори зачем пришел, и проваливай.
- Всё что я хочу - это не сдохнуть. - Поникший падший ковырял болото, в которой мог бы остаться гнить.
- Ну и зачем ты сразу полез отдавать четверть жизни? Мог бы помолится своему невидимому мужику, может он и вслушался в твой писк. - Демон осмотрелся под ногами и нашел маленький камешек и бросил его падшему. - Вот! Можешь у него попросить. Могу гарантировать шанс успеха тот же, что и с твоим Богом.
Падший поднял камень. Им оказалась капля расславленного железа или же камня, выплюнутого из жерла вулкана. Он повертел его, и подкинул в воздух. На одной стороне была рыхлая поверхность, а вторая гладкая. Падший сказал себе, что если упадёт гладкая - он уйдёт живым. А если рыхлая...
Падший не ловил его. Его судьба упала впечатывалась в болото, гладкой стороной. Шершавая же сторона смотрела в пылающее небо, полной гари, пыли и человеческих душ. Ждущие когда они вновь упадут горящим дождём в собственные грехи, и падший будет ждать вместе с ними.
- Хочу вновь ощущать силу, и быть бессмертным. - Взгляд падшего сверлил землю, а разум проживал каждое сказанное слово.
Демон встал, сел напротив падшего и поднял из земли камешек. Он долго его вертел, подбрасывал, и даже стучал об свои оковы. Кажется он был всё-таки железным.
- Есть одно предложение... - Демон замялся, но всё таки продолжил. - но тебе не понравится.
- Согласен! - Не задумываясь изрёк падший.
Подбросив камешек, демон словил его в полёте и впечатал его в лоб падшего. Тот удачно упал, знатно прочесав затылок об ствол, от чего потерял связь с реальность на несколько секунд. Демон вылез на его грудь. Одной рукой придавливая горло, а второй вдавливая железный камешек лысому в лоб. Падший начал дёргаться, но его пыл пыл быстро иссяк. Кровавая дорожка пересекала, побледневшее лицо.
- У тебя будет несколько солнечных дней, что бы найти душу.
Пульсирующие белые жилы стекались ко лбу. Камень шипел, а испаряющаяся кровь стремительно рассевалась на холодном воздухе. Падший дышал всё медленней и медленней. Сердце сбивалось с обычного ритма, а придавленная грудь уже не наполнялась. Лишь крохотный клубы пар исходящей из рта, говорили, что он ещё жив.
Рука демона дрожала. Потоки невиданной силы пульсировала сквозь него, навеки впитывая чужую душу в себя. Но в какой-то момент он отринул от тела. Ещё недавно черный камешек - пульсировал бледно-белым оттенком, прижжённый к коже падшего. Дышал он или нет - знал лишь сам Бог. Но кажется он был занят, или же просто отвёл глаза.
Падший лежал ещё долго, пялясь в закрытые веки. Череда взрывов, цокали словно маленькие часики, с большими стрелками. Под их гнетущем напором, само время таяло, и рассекалось невидимой тишиной. Далёкие стоны замолкали, а очередная порция раскалённого железа, медленно подползала к очередному бездушному телу. Хотя душа в нём была - внутри он уже давно был мёртв.