— Она много говорила обо мне?
— Я стою прямо здесь, — запротестовала я.
— И эти короткие шорты тебе тоже очень идут, — согласился Ниро, даже не удостоив меня взглядом. — Но дай нам минутку, милая, мальчики разговаривают.
— О, я слышал твое имя несколько раз. Или, как выяснилось, твое вымышленное имя. Как тебя на самом деле зовут? Подожди, нет. Не говори мне. Если это будет что-то неубедительное, вроде Дилана, Брайса или еще какой-нибудь хрени, это все испортит. По крайней мере, Ниро — сексуальное имя.
— Паган, — легко ответил он, заставив меня напрячься.
— Серьезно? — Спросил Бенни, широко улыбаясь, очевидно, ему это понравилось.
Паган?
Паган?
У кого, черт возьми, было такое имя, как Паган?
— Серьезно, — согласился Паган, выглядя удивленным его реакцией.
И даже преодолев разочарование из-за Итана и шок от его странного, демонического имени, я поняла, что мне действительно нравится, как он взаимодействует с Бенни. По моему личному мнению, то, как мужчина реагирует на другого мужчину, которому нравятся мужчины (и, возможно, даже немного флиртующий с ним), многое говорит о нем как о личности. Паган не казался оскорбленным или, что еще хуже, оскорбляющим Бенни. Он не повел себя так снисходительно, как Итан, когда назвал его леди. Он просто отнесся к этому так, словно в этом не было ничего особенного. И в этом не было ничего особенного, но, по моему опыту, не все мужчины так считали.
Я обнаружила, что мне действительно нравится это в этом незнакомце, чьи пальцы я знала лучше, чем его мозг.
— На бумаге и все такое? — Не успокаивался Бенни.
— Изначально нет, — признался Паган, затем пожал плечами, — Но теперь, да.
— Ты сменил свое имя на Паган. Это что, байкерские штучки?
— Это были штучки подпольных бойцов, — возразил он.
— Я знал, что это не просто слухи. Я же говорил тебе, что это правда, — обвинил меня Бенни.
Мы как раз говорили о том, что он слышал о подпольном бойцовском клубе в Навесинк. Я настаивала на том, что, скорее всего, это было что-то вроде того, что группа подростков слишком часто смотрела "Бойцовский клуб" и у них появились кое-какие идеи.
Очевидно, я была неправа.
Я не совсем понимала, что я чувствую по этому поводу.
Я имею в виду, что любой идиот на побережье Навесинк знал, что есть вещи, которые скрываются от посторонних глаз. Приспешники были ярким примером. У нас было полно торговцев оружием прямо на главной улице города. Потом был тот странный военный лагерь на холме. Потом была Третья улица с их проститутками. И, поскольку я выросла в той части города, до меня доходили слухи о семье, которая владела кучей других предприятий, но, в первую очередь, баром у Чаза, и которые были настоящими ростовщиками. Люди, которые ломают коленные чашечки.
Но такие вещи, как подпольная борьба, казались мне слишком притянутыми за уши.
Я понимаю, что мы каждый день узнаем что-то новое.
— У меня завтра вечером бой, если тебе нужны билеты, — предложил Паган, но сделал это, обращаясь к Бенни, который, как он знал, был еще большим тусовщиком.
— О, — сказал Бенни, глядя на меня. — Мы действительно идем.
— Ты можешь идти, — предложила я. — Мне нужно поработать...
— О, женщина, — усмехнулся Бенни, качая головой, и схватил ежедневник, в которой после шести вечера следующего дня ничего не значилось. — И не надо нести эту чушь типа "а что, если кто-нибудь заглянет". Тебе нужно куда-нибудь сходить вечером. Тебе нужно выпить с полдюжины коктейлей и найти повод надеть что-нибудь красивое.
Он был не совсем неправ.
Мне нужно было отвлечься от всего этого стресса.
Но я была совершенно уверена, что поход на какой-нибудь подпольный бой, где Паган должен был выйти на ринг, был не тем развлечением, которое мне было нужно. Кроме того, коктейли стоят денег, и, хотя у меня и были кое-какие "бешеные деньги", я планировала, возможно, купить на них какие-нибудь новые, более дорогие средства для волос в салон.
— Ты идешь. Даже если мне придется тебя тащить. Для многих это была пустая угроза. Для Бенни это было не так.
Очевидно, я собиралась пойти на подпольный бой и потратить впустую драгоценные деньги, что закончится болью в животе, потому что у меня было предчувствие, что его бои в клетке будут такими же кровавыми, как и его бои в лагере.
— Я внесу ваши имена в список, — продолжил Паган. — Просто припаркуйся у старой школы и следуй за толпой, — сказал он Бенни, прежде чем, наконец, полностью повернуться ко мне.
Нет, он не просто повернулся ко мне.