— Нет, — отрезала я.
— Иногда, — надавил Гар со стальными нотками в голосе. — За мой счет.
И снова эта усмешка. Едва заметная, в уголке губ.
Внутри закипело. Ядовитые слова уже вертелись на языке, но я до боли прикусила губы.
Нельзя. Если сорвусь, если стану злой сукой, то получу обратку.
Гар посмотрел на меня с прищуром.
— Говори, — вдруг вкрадчиво приказал он. — Я же вижу, как тебя распирает. Хочешь бросить свою злость мне в лицо? Ну, давай. Облегчи душу.
— Нет, — выдохнула я. — Обойдешься.
Он молчал, лицо осталось каменным. А я перевела дух. Воздух в кафе показался густым, пропахшим жареным маслом и дешевым кофе.
— Я сдержусь и возьму подарок, — закончила я.
Потянулась за пакетом с пирожными, чувствуя себя воровкой.
— Спасибо за оба подарка. От него. И от вас.
Гар медленно развернулся и проследил за моими движениями, а я успела в очередной раз обалдеть от того, какой он умопомрачительный. И никогда, никогда не будет моим! Ну, что ж, зато сдержалась и не упала с приступом прямо здесь.
Уже победа. Маленькая, но победа!
Я забрала пирожные, как-то сконфуженно улыбнулась и попыталась уйти. Быстрее, пока не передумала и не разрыдалась.
Его голос догнал уже у выхода, заставив замереть, коснувшись ручки двери.
— То есть, испытывать можно только положительные эмоции? За них обратка не прилетает? — задумчиво протянул он.
Я замерла, не оборачиваясь, но вопрос повис в воздухе.
— С чего же? — Я всё-таки оглянулась, соблазн был слишком велик. — Прилетает. Все эмоции по сути палка о двух концах. Не бывает только плохого или только хорошего. Любая сильная встряска рискованная.
— Объясни, — потребовал Гар.
Как же это в его стиле! Не попросил, а приказал.
Я посмотрела ему в темные глубокие глаза. В таких можно утонуть, если не умеешь плавать. А я как раз плавать не научилась.
— Например, я не люблю и не хочу любить, — сказала я тихо, но четко, выделяя каждое слово. — Я не хочу испытывать самое неповторимое вдохновение в жизни, а потом самую сильную боль и страдание, когда эту любовь потеряю.
Гар молча переваривал.
— То есть, живёшь без злости и ненависти, но взамен не любишь и не восхищаешься. — Он как-то невесело хмыкнул. — Не скучно?
Я покачала головой.
— Даже если бы я захотела полюбить в последний раз, — губы скривились в горькой усмешке. — Кто свяжется с такой, кто живет ради таблеток? Только полный дурак.
Мы оба это понимали и впервые были согласны друг с другом.
Он что-то хотел добавить, возможно снова про обеды с Тимом, но я не стала слушать, быстро развернулась и вышла из кафе в холодный январский день.
Сердце бешено колотилось, но приступа к счастью не случилось.
При нем не случилось.
Победа!
Я улыбнулась и поспешила на базу, дорабатывать такой неоднозначный и эмоциональный день.
Глава 4. Вторжение в личное пространство
На полтора месяца я вычеркнула кафе из своей жизни. Закопала под безразличием. Как будто не переживала унизительного знакомства из-за бутылки, не чувствовала обжигающего касания его пальцев. И сам Гар в моей всего лишь надуманный призрак.
Я завернулась в свой кокон, такой привычный.
Снова работа-дом-таблетки. Все так бесцветно, безвкусно, одна сплошная рутина, зато какая безопасная!
Убеждала себя, что так правильно, что так я проживу подольше. Никаких эмоций, никаких всплесков и никакого взгляда его темных изучающих глаз.
Я почти поверила. Почти…
Только иногда, в скучной тишине моей небольшой квартиры, ловила себя на том, что прислушиваюсь... К чему? К гулу проезжающих фур за окном? Или к стуку собственного сердца, которое отказывалось возвращаться в безэмоциональный процесс?
Иногда мне казалось, что я чувствую его запах… Терпкий, мужской, тот самый запах силы и чего-то еще, чему я не знала названия. Тут же гнала эти мысли прочь, глотала лишнюю таблетку, чтобы сон пришел быстрее и глубже. Чтобы без сновидений. И без него… Такого мощного и жесткого, и такого недостижимого…
Все рухнуло в один вечер.
Тот вечер ничем не отличался от десятков предыдущих. Я как всегда вернулась с работы уставшая и пустая. Засунула и повернула ключ в замке, потянула дверь на себя, а она не поддалась.
Минута непонимания быстро сменилась диким страхом. Надо мной тянулась сильная мужская рука, удерживающая дверь.
Я не успела оглянуться и закричать… Настолько растерялась, что не сообразила, как другая рука схватила меня за шиворот, дверь перед носом распахнулась, а меня с силой втолкнули внутрь, да так, что я отлетела к стене прихожей, даже не вскрикнув от неожиданности и испуга.