Хотя… Вика вроде бы говорила, что он из обеспеченной семьи, все дела, наверное, не удивительно, что посещает эту раскрученную клинику для богатых.
Мы успеваем разговориться с Арсеном, точнее, он в своей веселой и непринужденной манере рассказывает мне о том, как его угораздило упасть с лошади во время занятий загородом, на семейной ферме, и я на какое-то время даже забываю о том, где я и зачем здесь.
Ровно до того момента, пока не поворачиваю голову в сторону и не замечаю подходящего к нам Демида.
И почему-то его взгляд не сулит нам ничего хорошего. Ни мне, ни Арсену. Особенно, ему.
Демид.
Я прямо упиваюсь немым возмущением на лице этой нарушительницы. Ещё чуть-чуть и она лопнет от негодования. И если бы мы были одни, то я бы с удовольствием сел и посмотрел, как эту девочку бомбанет.
Но как бы это ни было забавно, нужно остановить маленькую катастрофу. Поэтому я хватаю Веду за хрупкие девичьи плечи и чуть сжимаю.
Девушка кажется такой маленькой! Будто надави на нее чуть посильнее, и она рассыпется как безешка.
Ммм... Даже попробовать захотелось. С чего бы я начал, если бы...
— Ты как раз вовремя, Демид, — дядя вырывает меня из моих уже не совсем приличных мыслей и протягивает назначение на рентген. — Отведешь сам или вызвать медсестру?
Эх, был бы неплохо поручить эту маленькую скандалистку медсестре, а самому умчаться уже по своим делам. Но я ведь теперь как бы ее парень, так что нужно тщательно отыграть свою роль.
— Сам, сам, — я перехватываю назначение и выталкиваю каталку из смотровой, а мыслями весь в своем расписании и уже планирую что и куда передвинуть.
Оказавшись в лифте, Веда снова решается заговорить.
— Что это было? — обиженно спрашивает она. — Какой еще малыш?
— Тебе не понравилось? — гляжу на девчонку сверху как можно равнодушнее, но все же мой взгляд снова выхватывает эту пару стройных ножек.
Сейчас, когда девушка сидит, ее шортики кажутся ещё короче, и крошка стыдливо пытается плотнее свести напряженные бедра и оттянуть край одежды вниз.
Ее молочная кожа на совсем незагорелых участках снова напоминает мне безешку, и мои мысли опять уносятся куда-то не туда.
— Нет, не понравилось, — ворчит нарушительница. — Почему ты представил меня именно так? К чему такая шифровка? Почему не рассказал всё врачу?
Присаживаюсь на корточки, чтобы наконец перестать пялиться на ее ноги и смотрю прямо в ее теплые ореховые глаза.
Близкий зрительный контакт всегда помогает погасить конфликт. Кроме того, он вызывает в человеке чувство доверия и безопасности, если, конечно, правильно посмотреть. Но также он может мгновенно показать собеседнику кто здесь главный. А я умел делать это в совершенстве. Я вообще мог и приласкать взглядом, и матом посмотреть.
Веда тут же замолкает. Глядит на меня большими от страха глазами, а ее чуть расширенные зрачки все больше и больше поглощают радужку. Ее щёчки и губы слегка розовеют от смущения, и я наконец сообщаю:
— Будешь много знать, малыш, скоро состаришься.
Крошка выдыхает через приоткрытые губы и быстро проходится по ним юрким язычком. В этот же момент створки лифта открываются, и я снова принимаю роль заботливого парня.
Мне ведь не показалось? Веда уже второй раз смотрит на меня с неподдельным девичьим интересом.
Для меня это, конечно, не новость, что девчонки западают на меня. Я вполне в себе уверенный, обеспеченный, амбициозный и харизматичный мужчина. Даже если не брать в расчет внешность. Но такие как Веда мне попадаются крайне редко.
Обычно девушки не стесняются начинать флирт первыми и весьма смело проявляют инициативу. Не могу сказать, что это мне чешет чувство собственной важности, скорее я отношусь к этому ровно. Меня привлекают только сильные и амбициозные женщины, поэтому всех других я уже научился фильтровать и не замечать. Но эта юная нарушительница смотрит на меня так искренне и трогательно, что я невольно обращаю на это внимание.
Отправив девушку на рентген, я вновь созваниваюсь с мастером и узнаю как здоровье моей истинной любви — байка. Вот уж кто всегда смотрит на меня со всей искренностью и любовью! И это я байк имею в виду, а не мастера, если что.