Глава 6. Мой милый Цербер
Тягучая скука сочилась с мраморных стен этого зала. Голоса богинь, монотонно обсуждавших распределение душ и баланс энергий, сливались в какой-то невыносимый гул. Я подавила зевок, прикрыв рот рукой. Три века в роли Богини Сердец, и каждое собрание, как копия предыдущего. День сурка, растянувшийся на целую вечность. Мои мысли блуждали, пока остальные богини обсуждали очередные мелкие нюансы управления.
Рядом со мной, напротив Жизель, сидел он. Кир Динемеха, правитель Солнечных Песков. Мужчина, чье присутствие здесь ощущалось, как заноза под кожей. Он был высок, смугл, с пронзительным взглядом темных глаз. В его движениях чувствовалась сила и уверенность, граничащая с наглостью. Другие богини его не любили, и было за что. Надменный царь, когда-то вознамерившийся захватить их земли. Он потерпел поражение, и теперь, скрепя сердце, соблюдал мирный договор, но вряд ли забыл свою давнюю мечту о господстве. Теперь он искал новые территории на другом континенте, оставляя нас в покое.
Кир перехватил мой взгляд и слегка склонил голову. В его глазах мелькнуло что-то, напоминающее сочувствие. А может, мне просто показалось.
— Может быть, на сегодня достаточно? - неожиданно произнес он, обращаясь к старшим богиням. — Мне пора отправляться.
Жизель нахмурилась, но Некра кивнула в знак согласия. Остальные, кажется, были только рады возможности закончить это занудное совещание.
— Разумеется, не смеем задерживать - сказала Жизель с напускной вежливостью. – Мы продолжим завтра.
Вот и все. Очередной бесполезный день подошел к концу. Я поднялась со своего места, ощущая облегчение.
— Позволь проводить тебя, - сказала я Киру, стараясь быть вежливой. Все-таки, он гость, да и отношения у нас сложилась дружеские.
Остальные богини обменялись многозначительными взглядами, но ничего не сказали. Кир усмехнулся и последовал за мной к выходу.
Мы шли вдоль по коридорам иногда прерывающимся колоннами из известняка, эхо наших шагов отдавалось от стен. Мужчина рассказал о песках, новых завоёванных землях и их народах. Я слушала, но не отвечала многословно. Наконец, мы вышли на площадку, где его ждала колесница, запряженная двумя черными, как ночь, конями.
— Благодарю за компанию, - сказал Кир, повернувшись ко мне лицом. Его глаза смотрели пронзительно, изучая. — И всё же подумай над моим предложение… Будет время, заглядывай в гости. В отличии от этих грымз, тебя я рад видеть всегда.
Я усмехнулась. Всегда забавно было наблюдать за их взаимной неприязнью.
Похоже решение богинь спихнуть на меня все дела связанные с песчаной страной, помогли мне обзавестись хорошими связями. Мне осталось молча согласиться. Мужчина сел в колесницу и, кивнув мне на прощание. Кони рванули с места, и колесница быстро скрылась за горизонтом.
Я осталась одна. Решив немного отдохнуть перед возвращением в Хрустальный дворец, я направилась к одному из любимых мест – горному выступу, откуда открывался потрясающий вид на море. Поднявшись наверх, я замерла.
Там, свернувшись калачиком, мирно спал Цербер. Огромный трехголовый адский пес, обычно внушающий ужас одним своим видом, сейчас выглядел милым пёсиком.
Одна из его голов вдруг приподнялась и, увидев меня, радостно завиляла хвостом. Две другие, потревоженные движением, тоже проснулись и начали заливисто лаять, приветствуя меня.
— Тише, ребята, тише, я тоже рада вас видеть - засмеялась я, опускаясь на колени рядом с псом. – Как спалось моим мальчикам, а Пятнышко?
Это имя сразу пришло мне на ум при первой встрече с псом. У каждой из голов было большое чёрное пятно: на глазу, ушке и носике. На вид он больше походил на огромного далматина обвалявшегося в чём-то черном местами.
Я начала гладить его мягкую, шелковистую шерсть. Он отвечал мне благодарным рычанием. Пятнышко был моим самым верным другом. Жизель подарила мне его ещё щенком на церемонию посвящения.
Играя с псом, я задумалась. Три века. Три века прошло в роли Богини Сердец. И пока помогала душам находить покой, утешала страждущих, дарила надежду отчаявшимся я чувствовала их боль, их радость, их любовь. Я ощущала их эмоции, но моментами ловила себя на мысли, что не чувствую свои.