– И что же вас подвигло на столь нелогичный шаг? – не без иронии спросил Дин.
– Белый Император! Он искренне не хотел, чтобы после Потопа мы жили в разделенном мире. Но жизнь сложная штука. И мы, Хранители, не сдержали ни слов, ни клятв, – заключил с грустью Риччарди.
– Кто? Кто?? – переспросил Дин.
– Это неважно. Слишком долго рассказывать. Я и так сказал сегодня много лишнего.
– Жалеете?
– Да нет. Вы мне симпатичны. Тем более что я знавал лично ваших пращуров. У вашего народа были мудрые вожди. Они выбрали для жизни удивительную землю. Я до сих пор не могу забыть красоту Алазанской долины, ее картинно зеленые рощи, тень ореховых аллей, молочноголубую пену рек. Чудо! Никакого гнуса, никаких мух, оводов! Поистине рай на земле. Ясно, чего Помпей туда поперся. Говорил я ему: здесь тебе не северные варвары. Отобрать лишь одной силой не получится. Так оно и вышло. Но какойто толк от его похода всетаки был: вот вы на свет появились. Но хватит об этом. Я отдохнул душой, и теперь можно перейти к делу, – Риччарди отодвинул от себя недопитый фужер и бутылку с коньяком и пристально посмотрел на Дина абсолютно трезвым взглядом.
– По моим сведениям, от вашей группы мало что осталось. Поэтому принято решение создать новый отряд, в который войдут представители наших структур. Поскольку мы в деле, я ставлю наблюдателя от нас. И вы должны будете информировать его о ходе операции. Подробности обсудите с Бенетти. А теперь идите отдыхайте, – и Риччарди позвонил в изящный серебряный колокольчик.
Дверь мягко отворилась, и в комнату вошел стюард, жестом предложивший Дину покинуть уютную каюту хозяина. Дин поднялся. Кивком головы поблагодарил Риччарди за гостеприимство, вышел в длинный коридор в сопровождении безмолвного спутника и через несколько минут был уже в своей каюте. Он быстро разделся и, не принимая душа, плюхнулся в роскошную двуспальную кровать, после чего тут же уснул. Да так крепко, что не услышал, как в двери провернулся замок. Молчаливая тень бесшумно проникла в каюту и накрыла Дина с головой.
Глава XV
Священный Альянс
(История вопроса)
К началу XVI века папский Рим достиг не только апогея своего величия и славы. Он приобрел еще и множество врагов, которые искренне ненавидели католическую церковь и ее понтификов за их безнравственность, стяжательство, безверие и алчность. И были во многом правы! Наглую и безрассудную с точки зрения официальной церкви выходку никому не известного Мартина Лютера, неожиданно бросившему вызов папизму, вдруг поддержали немецкие князья. В Швейцарии все большим авторитетом стал пользоваться некий Жан Кальвин, проповедовавший взгляды теории по своей бесчеловечности и жестокости близкие к взглядам катар, этих фанатичных оппонентов Рима, с которыми, казалось, было покончено еще двести лет назад. Королевские дворы Европы, особенно на Севере, заявляли о своей независимости от Ватикана. Протестантскими стали Швеция и Пруссия, Бранденбург и Швейцария. Оплот католичества – Франция, бывшая в XIV веке (благодаря Авиньонскому пленению пап) чуть ли не богословским центром всего христианского мира, оказалась расколотой гугенотской ересью, которая завоевывала все более прочные позиции в государственных и общественных институтах королевства. И наконец, Англия, на которую папы возлагали особые надежды, особенно после ее монархического матримониального союза с Испанией, вдруг взбрыкнула и в одночасье лишила Рим какихлибо прав на своей территории, приняв Акт о верховенстве.
Все эти удары наносились один за другим, целенаправленно и хладнокровно, сознательно разрушая несокрушимый монолит церковного единства, сцементированный монашескими орденами, репрессиями, пытками и кострами. Конечно, с этим чтото надо было делать! «Псы господни» – доминиканцы, стоявшие у истоков святой инквизиции, не успевали реагировать на вызовы времени. Папы, обладавшие неограниченным финансовым и человеческим ресурсом, не знали, как и в каком направлении использовать данный ресурс. У них не было отлаженной системы прогнозирования, оценки настоящего и прошлого. Созданный фанатично преданным католицизму Игнатием Лойолой орден Иисуса, названный у нас изза недобросовестного перевода орденом иезуитов, мог быть мощным оружием, но без понимания конкретных целей мало чем был способен помочь папству в его попытке сдержать натиск реформаторов.
И вот в этих крайне сложных условиях, когда решалась судьба собственно Рима, папы приняли историческое со всех точек зрения решение. Они создали разведку. Причем не как вспомогательный орган обеспечения военных действий, а как специальную службу. Так в 1566 году родился Священный Альянс, который сразу занял позиции надгосударственной структуры общеевропейского масштаба. Он был призван обеспечить победу католической церкви в ее непримиримой борьбе с еретиками, отступниками и предателями. Опираясь на широкую агентурную сеть, сотканную из адептов католической церкви и раскинутую по всему миру, Священный Альянс получил доступ к секретам и тайным планам своих оппонентов. Это давало возможность своевременно и быстро ликвидировать возникавшую то тут, то там опасность. Так была искоренена гугенотская оппозиция в Париже, восстановлены на английском престоле монархикатолики, в зародыше задушены ростки протестных антицерковных выступлений в Испании и Португалии, усилено влияние Рима в Польше и Литве, Курляндии и Финляндии, среди восточных славян.
Фактически Священный Альянс обеспечивал полномасштабную войну смыслов между патриархальным феодализмом и нарождающейся буржуазией, сопровождающуюся тайными операциями, загадочными политическими убийствами и государственными переворотами. Его деятельность была настолько успешной, что он не на шутку напугал Англию, которая после блистательной победы над испанцами и гибели Непобедимой армады оседлала основные торговые пути на Атлантике, переместившиеся в эпоху Великих географических открытий сюда из Средиземноморья. Именно тогда в Лондоне под эгидой британской короны появилась другая надгосударственная специальная структура – МИ6 (Military Intelligence), призванная на службу нашедшими в Туманном Альбионе прибежище евреями, тамплиерами и венецианцами, создавшими впоследствии мировую финансовую олигархию (Фининтерн).
Надо бы сказать, что война между этими двумя структурами изначально носила экзистенциальный характер и шла с переменным успехом. Альянсу не удалось предотвратить буржуазные революции в Нидерландах и в Англии, свержение католической династии Стюартов и принятие Акта о престолонаследии в Великобритании, который навечно запретил восшествие на английский престол лицам, имеющим отношение к католической церкви. Но самое главное его упущение – это масоны, которые из обычной артели каменщиков превратились благодаря гениальному плану МИ6 и огромным денежным вливаниям Сити в мощнейшую сетевую структуру «вольных строителей» всемирного царства телесных радостей, прав человека, всеобщей любви, равенства и братства. Именно под такими лозунгами направляемые МИ6 масоны организовали кровавую Французскую революцию, уничтожили Испанскую империю под видом освободительной войны латиноамериканских колоний за свою независимость и ликвидировали папское государство в результате объединения Италии. Прикрываясь призывами к свободе, равенству и братству, этим трем священным коровам современного глобализма, всемирный масонский орден подорвал у народов мира устои веры и национального самосознания, освободил их от какойлибо морали, внушил идею о торжестве человеческого разума, всесилии науки, терпимости, гуманности, всеобщего просвещения. И все это делалось в интересах процветания англосаксонской империи белых протестантов, под британским скипетром.