Тук. Тук. Тук. Стук костяшек о поверхность или это мое сердце оглушительно отдается в ушах?
– Войдите, – мужской, сильно приглушенный, даже почти неразличимый голос изнутри не выражал никаких эмоций. Для него это была обыденность. Еще одна будущая жертва, которую приволокла стража. Разница была в том, что меня никто не держал. Я была вольна исполнить мечту каждого на моем месте оказавшегося – развернуться и уйти. Однако вот рука опускается на ручку, слышится зловещий щелчок и одна из двух дверей (мне места много не надо) без единого скрипа распахивается.
Перевалочный пункт. Офис самого ужасного человека – впрочем, мало кто может быть столь наивен, посчитав его за просто человека – в королевстве, а, кто знает, может, и в мире. Мне показалось это забавным. Это был обычный офис, роскошный, со вкусом обставленный. Солнечный свет заливал помещение через большие окна, не проглядывающиеся снаружи, но открывающие чудесный вид на город изнутри. Здесь он читал своих жертв, подтверждая вину и обозначая наказание. После его наказаний выжило, кроме, разве что, парочка счастливчиков крепких... из ума. Но зато физически им повезло сохранить свою жизнь. Впрочем, сомнительно было бы сказать, что это лучше, чем смерть, однако и попадали сюда не простые мошенники и убийцы по пьяни. Стоило ли жалеть серийных убийц, насильников и государственных преступников? Удивляло лишь, что несмотря на то, что все прекрасно осознавали риск попасть после нехороших дел сюда, находились для Палача осужденные стабильно как минимум по одному в месяц.
Говорят, Палач питался болью.
И наконец я встретилась с главным страхом народа лицом в лицо. Кто бы мог подумать, что на совершенно добровольной основе.
Я бы никогда не сказала, что это лицо - лицо чудовища. В нем не было ничего такого, кроме, разве что, орлиного носа, как бы знака его хищности. В остальном же это был мужчина средних лет, хорошего, подтянутого телосложения, с достаточно приятными, пусть и немного резковатыми, острыми чертами.
Но это было первым впечатлением. До того, как я ощутила остальное, скрытое под бледной кожей, под личиной обыкновенного - Аура вокруг него словно сверкала багровыми оттенками крови, и глаза, пепельные, смотрели буквально прямо в душу, начиная поверхностно, на автомате, считывать сознание.
На безэмоциональном лице существа, навряд ли из моего мира, все же доля эмоции отразилась — Палач приподняв в выжидательном жесте легкого изумления бровь.
Я сделала вдох, прикрыв на секунду глаза, а, раскрыв их, заглянула прямо и твердо в его.
– Накажите меня.
Пауза, во время которой меня как к полу пригвоздили тяжелейшим подозрительным взглядом.
– Имя? – недоуменно поморщившись, гадая, видимо, где же цепи, кляп и стражники, поинтересовался Палач устало.
Голос. Второе, после ауры, явление в этом человеке, которое выдавало в нем НЕчеловека. Наверное, правильно было бы сказать, что этот вкрадчивый, глубокий, чуть вибрирующий и потрясающе красивый баритон, как положено по статусу Палачу, напугал меня до чертиков.
Но это было не так. Я ощутила жар, но в лучшем случае от смущения, потому что... Да боже, потому что впервые в жизни за один только голос готова была, мягко говоря, влюбиться, а откровенно говоря - отдаться на месте. Ослабли резко коленки, а в животе, скажем так, зашевелились бабочки, и я едва не шарахнулась назад, растерянная от внезапной реакции организма.
Когда же оцепенение прошло и мои потрясенно распахнутые глаза оторвались от пола, я неожиданно обнаружила страшное: Палач больше не был равнодушен. Жутковато неживого оттенка пепла, глаза пронзали меня насквозь, и выражение лица его было каким-то озадаченно-любопытствующим, а затем насмешливо-издевательским, что только ухудшило мое состояние смятения.
– Вас в списке нет, – отчеканил он. – Кто вы, уважаемая, и что от меня хотите?
«Хочу, чтобы ты взял меня!» – истерично хихикнуло гадкое подсознание. Я немного, к своему шоку, дрожала. Когда я приходила к мастеру пыток, я готовилась к чему угодно, но испытать дикую волну возбуждения — это было в списке ожидаемого, если бы я его составляла, последним.
– Вэлери Клерн, – спешно выдавила я потерянное.
– Я учту. – Палач вдруг странно усмехнулся. Почему-то мне показалось, что он не об имени, и еще сильнее вспыхнул на щеках жар...