– Это во всех новостях было, – развел руками Илья. Было видно, что он испытывает жалость к этому человеку, который имел все, и в одночасье все потерял.
– Мы давно перестали смотреть телевизор, – махнул рукой он. – Там одна сплошная ложь! Нас заставляют верить в то, во что им выгодно, чтобы мы верили. Не могу смотреть на эти лживые гнусные рожи!
– Это вы о ком? – поинтересовалась Марина.
– Да обо всех, – снова отмахнулся Федор Измайлов. – Так, о чем вы хотели поговорить?
– Об убийстве Нефедова, – честно призналась Марина.
– Подождите… – до хозяина дома начало доходить. – Вы же не думаете, что я к этому как-то причастен?
– Где вы находились в ночь с пятницы на субботу? – вклинился в разговор Илья.
– Здесь. Дома, – Измайлов попятился назад. – Я был дома. Со своей женой. Она может подтвердить. Мы вообще почти не выходим из дома в последнее время!
– Федор, успокойтесь. Мы вас ни в чем не обвиняем! – Марина старалась, чтобы ее голос звучал ровно, но от вида этого сломленного человека противно защипала в носу.
– Пока, – добавил Илья. Он хотел сказать еще что-то, но поймал упреждающий взгляд Марины и замолчал.
– Мы даже не знали, что он умер! Клянусь! – у Измайлова затряслись руки. – Клянусь…
– Мы вас ни в чем не обвиняем, – повторила Марина. – Можем мы пройти в дом и поговорить? Мы ищем убийцу, и возможно, ваши показания могли бы нам помочь. У Нефедова ведь были враги?
– Уверен, что целая армия, – усмехнулся Измайлов. – Я же говорю, гнусный человек! Был… Ладно. Проходите.
Он потянул на себя калитку и отступил назад, впуская Илью и Марину во двор.
– Оля отдыхает. Я ее разбужу.
Федор проводил следователей в дом, а сам поднялся по лестнице на второй этаж. Марина осмотрелась. Дом был чистым и, видимо, когда-то довольно уютным. На стенах среди выцветших обоев выделялось несколько более ярких прямоугольников. Видимо, там висели когда-то картины. Кое-где будто не хватало мебели. В пустой угол явно просилось кресло. И Марина решила, что когда-то оно там и стояло, но ушло к какому-нибудь антиквару вслед за картинами.
Скорее всего хозяин не врал. После гибели ребенка и разрушения бизнеса, пара, видимо, действительно вела отшельнический образ жизни, проедая нажитое имущество.
– Вот… Это следователи. Хотят с нами побеседовать, – услышала Марина голос хозяина с лестницы, и обернулась.
Федор, обнимая за плечи, помогал спустится по ступенькам хрупкой женщине. Ольга выглядела разбитой, истонченной, постаревшей. Как и мужа, события годовалой давности сильно ее подкосили. Супруги прошли в гостиную, сели на диван напротив следователей.
– Меня зовут Марина Скворцова. Это мой напарник, Илья Селиванов. Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.
– Он правда умер? – подняла на нее большие безжизненные глаза Ольга.
– Правда, – кивнула Марина. – Его убили в ночь с пятницы на субботу. На мясокомбинате.
– Я надеюсь, что он страдал, – женщина смотрела перед собой ненавидящим взглядом. – Надеюсь, что страдал… Он заслужил.
В комнате повисла неловкая тишина.
– Ольга, – Марина сглотнула подкативший к горлу ком. – Я понимаю ваше горе. Потерять ребенка…
– Ни черта вы не понимаете!!! – закричала женщина и подскочила со своего места. – Ваш ребенок тоже умер?
Лицо Ольги исказила гримаса боли, она ткнула Марине пальцем в грудь, так, что та была вынуждена отшатнуться.
– Успокойся, дорогая! – Федор осторожно обхватил жену за плечи и усадил обратно. Женщину била крупная дрожь, по щекам потекли крупные слезы.
– Они лишили нас всего! – всхлипнула Ольга. – Когда мы попытались добиться справедливости, они подставили нас. Заставили замолчать! Они заслужили смерти! Все они!
Марина и Илья переглянулись.
– Кто они? – осторожно спросил Илья.
– Они! – выкрикнула Ольга. – Нефедов со своими дружками! Это они! Это все они! Они заслужили смерть!
– Милая… – Федор метнулся на кухню, вынес пузырек с жидкой валерьянкой и рюмку, накапал, заставил жену выпить, но та уже буквально билась истерике. – Простите…
Илья и Марина понимающе кивнули, поняв, что вряд ли смогут добиться от Ольги еще хоть что-то. Федор помог жене подняться, увел по лестнице наверх. До них доносилось его приглушенно бормотание. Измайлов пытался успокоить жену, но та в ответ только еще громче всхлипывала.
– Они ненавидят Нефедова, – заключил Илья. – Но они его не убивали.
– Не убивали, – согласилась Марина.
Минут через десять в гостиную снова спустился Федор. Он выглядел совершенно вымотанным и разбитым.
– Простите, что вам пришлось это увидеть, – извинился он перед следователями. – Смерть Дениса ее сильно подкосила. И все остальное, что за этим последовало.