– Будто я не знаю, – пожал плечами Дмитрий. – Ну убили. И что? Я-то здесь причем? Я в ту смену даже не работал.
– Мы можем пройти в квартиру? – спросила Марина вежливо, но твердо.
– Нет, – ответил Дмитрий. – У меня не прибрано. Спрашивайте, что хотели. Только быстро!
Он вышел на площадку, прикрыв за собой дверь. Илья и Марина переглянулись, но спорить не стали. Дмитрий скрестил руки на груди и ждал.
– Где вы были в ночь с пятницы на субботу? – напрямую спросил Илья.
– Дома, – ответил Дмитрий. – Спал.
– Кто-то может это подтвердить? – Марина достала свой блокнот, собираясь делать заметки.
– Никто, – пожал плечами Кляр. – Я один живу. У вас есть ко мне какие-то претензии? Меня в чем-то подозревают?
Марина задумалась на секунду, потом решила идти ва-банк.
– Дмитрий Борисович, вы ведь родственник Ольги Борисовны Кляр? Ее сын, Денис, погиб в прошлом году от отравления продукцией, поставляемой мясокомбинатом, на котором вы работаете.
Дмитрий замер. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глазах что-то мелькнуло. Марина не успела понять, что. Он усмехнулся, поправил капюшон толстовки и сказал:
– С сестрой и ее муженьком мы не общаемся. Сто лет. И про сына не знал. То есть знал, конечно, что помер он, но отчего конкретно… Он у них странный какой-то был.
– Почему странный? – спросила Марина.
Дмитрий пожал плечами, будто речь шла о погоде.
– Что-то с кровью у него было не так. Носились они с ним, как с писаной торбой. Постоянные исследования, врачи, клиники… Не знаю, короче, подробностей.
– Денис Измайлов болел чем-то? – Марина не припоминала, что такая информация была в личном деле.
– Да сказал же, не знаю. Болел, не болел. Но какие-то особенности у него были.
– Откуда вы знаете, если с сестрой, как утверждаете, не общались? – вклинился в разговор Илья.
– Матушка покойная что-то говорила, – буркнул Дмитрий. – Я особо не вслушивался, но отложилось, что с пацаном что-то не так было. Я Ольке сразу говорил, что бракованный этот ее Измайлов. От такого ничего хорошего родиться и не могло! Лучше бы она аборт тогда сделала!
Марину передернуло от его слов. Она вспомнила Васю и то, как боялась за него в первые годы, когда он часто болел. Но она сдержала эмоции.
– Вы действительно никогда не видели племянника? – уточнил Илья.
– Видел пару раз, когда он совсем мелкий был. Олька к матери привозила на праздники семейные, – Дмитрий поморщился, будто вспомнил что-то неприятное. – Но это было давно. А почему вы вообще про них спрашиваете? Какое это имеет отношение к тому, что Нефедова убили?
– То есть, после смерти Дениса, вы с сестрой больше не общались? – проигнорировала его вопросы Марина.
– Не общались! – коротко ответил Дмитрий. – Еще вопросы есть? Мне нужно на тренировку. Я опаздываю.
Он сделал полшага назад, собираясь открыть дверью, и в этот момент из глубины квартиры донесся приглушенный звук.
Марина и Илья переглянулись. Кляр тоже услышал. Он мгновенно напрягся, его лицо стало жестким, хищным.
– В квартире еще кто-то есть? – спросил Илья, делая шаг к двери.
– Никого там нет, – ответил Дмитрий, но прозвучало это неубедительно. – И вообще, какое вам дело? Мне пора!
Он попятился к двери, схватился за ручку. Звук повторился. Теперь Марина была уверена – в квартире кто-то стонал.
– Отойдите от двери, – сказал Илья, кладя руку на кобуру.
– Это моя квартира, – процедил Дмитрий. – И у вас нет ордера.
– Отойдите от двери, – повторил Илья, уже не скрывая угрозы. – Сейчас же.
Дмитрий скрипнул зубами, но не двинулся с места. Секунды тянулись, как часы. Марина чувствовала, как сердце начинает биться чаще. Палец сам собой лег на предохранитель пистолета.
– Вы слышали, что сказал мой напарник? – она старалась, чтобы голос звучал ровно, но в нем уже прорезались стальные нотки.
Дмитрий посмотрел на нее, потом на Илью, потом снова на нее. В его глазах боролись злоба и расчет. Наконец он закатил глаза – театрально, будто делал им одолжение – и толкнул дверь, открывая проход.
– Заходите, – бросил он, отступая в сторону.
Илья вошел первым, держа руку на кобуре. Марина за ним, стараясь не выпускать Кляра из поля зрения. Квартира оказалась обычной – прихожая, коридор, несколько дверей.
Илья открыл дверь в зал и замер. Марина заглянула через его плечо и увидела то же самое.
В комнате царил бардак. Стул перевернут, журнальный столик сдвинут с места, на полу – осколки разбитой вазы. А в центре, на грязном ковре, лежал мужчина. В дорогом костюме, испачканном кровью. Его лицо было разбито, левый глаз заплыл. Он только начал приходить в сознание и протяжно стонал.