Марина осмотрелась. Комнатка была маленькой, совсем без окон. Под самым потолком болталась тусклая лампочка на длинном проводе. Напротив нее сидел один из похитителей. Крупный мужик в черных штанах и водолазке, которая обтягивала подкаченное тело. Лицо скрывала балаклава. Сзади стоял второй. Он положил руки ей на плечи и слегка надавливал, контролируя движения.
Марина краем глаза заметила татуировку на запястье второго. Когда он одернул рукав, успела разглядеть. Военная. Символ какого-то подразделения. Она не узнала его, но запомнила до мельчайших деталей.
– Карту! – коротко бросил тот, что сидел напротив, а стоящий позади усилил нажим на плечи.
– Какую карту? – спросила Марина, не отводя взгляда.
– Ты мне комедию не ломай тут! – рявкнул первый. – Быстро! Где она?
– Вас Шапиро прислал? Это его рук дело? – в ее голосе звучал вызов, но допрашивающий ее похититель на фамилию заместителя прокурора никак не отреагировал.
– Кто нас прислал, тебя не касается, – ответил он. – Отдай карту, и никто не пострадает. Мы знаем, что она у тебя.
Он достал из кармана флэшку, покрутил у Марины перед лицом, убрал обратно в карман и снова протянул руку. Она прикусила губу и отвернулась.
– Хочешь, чтобы мы сами тебя обыскали? – рявкнул ей в ухо второй. – Поверь, тебе не понравится.
В этом Марина не сомневалась.
– Во внутреннем кармане пиджака, – выдохнула она, понимая, что ситуация не на ее стороне, и сопротивление попусту бесполезно.
– Верное решение, – хмыкнул под маской первый.
Он наклонился, распахнул полы, засунул руку в карман и извлек оттуда маленькую карту памяти, упакованную в зип-пакетик.
– Всего доброго, Марина, – похититель встал, убрал находку к флэшке, развернулся и направился к двери.
Второй чуть помедлил, хотел что-то сказать, но, видимо, передумал и двинулся следом. В замке снова заскрежетал ключ, и Марина осталась одна. Через пару минут послышался удаленный звук мотора. Джипы покинули территорию, оставив их здесь. Запертых, скованных, без возможности получить спасение.
– Замечательно! – на глаза у нее от обиды даже навернулись слезы.
Она встала со стула, размялась, попыталась вытащить ладони из наручников, но они сидели слишком плотно. Толкнула дверь, чтобы убедиться, что она точно заперта, а затем начала стучать по ней кулаками.
– Илья! – звала она напарника. – Ты здесь?
Снаружи послышалась возня, ключ в замке повернулся и на пороге показался Илья.
– Цела? – спросил он обеспокоенно.
– Господи… – Марина кинулась к напарнику на грудь. – Ты жив…
– Жив…
Затем она отстранилась, посмотрела на него.
– Как тебе удалось освободиться?
– Мне оставили ключи от наручников, – развел руками он. – А ключ от твоей двери торчал в скважине. Давай, я тебя освобожу.
Он расстегнул наручники, на запястьях у Марины остались глубокие следы. Она тут же растерла их, чтобы восстановить кровообращение.
– И мы это просто так проглотим? – посмотрела она с вызовом на напарника. – Они забрали доказательства финансовых махинаций компашки Нефедова.
Илья отвел взгляд, нервно приладил ладонью волосы.
– Проглотим, Марин, – сглотнул он подкативший к горлу ком. – Мы не занимаемся финансовыми махинациями. Наша задача сейчас поймать Кляра и упрятать его за решетку до конца его дней.
– Ты шутишь сейчас? – внутри у нее поднималась настоящая буря гнева. – Они напали на нас, ограбили…
– Не шучу, – покачал головой Илья. – Они нам не по зубам. Чем бы они ни промышляли, Нефедова убили не они, а Кляр. Я умываю руки. Мне не нужны проблемы. И тебе советую последовать моему примеру.
– Я не верю своим ушам! – всплеснула руками Марина. – Как они вообще узнали про эти записи? Ты говорил кому-то, что они у нас?
– Никому, – покачал головой Илья. – Клянусь! Знали только я, ты и… Быков. Думаешь, это он мог слить информацию Шапиро?
– Я уже не знаю, что думать, – закусила губу Марина.
Она понимала головой, что Илья прав. Что надо отступиться. Что им здесь не выиграть. Но метущееся внутри чувство справедливости, которое уже не раз создавало ей проблемы, снова рвалось в бой.
– Марин… – выдернул ее из размышлений Илья. – Давай выбираться отсюда. Ночь. Твои теперь дома с ума сходят от беспокойства. Утром решим, что делать дальше. Я домой хочу.
Марина поморщилась, представив, что сейчас чувствует Павел. Он скорее всего уже поднял на уши всех, обзвонил все морги и больницы, разыскивая ее.