Марина кивнула, не оборачиваясь. Она рассматривала одну из фотографий – крупный портрет Нефедова с выколотыми глазами из квартиры Кляра.
– Он не дурак, – сказала она наконец. – Кляр продумал все, чтобы убить Нефедова. И наверняка продумал, где будет прятаться, если его раскроют. Он не поедет на вокзал и не сядет в самолет. Он затаится.
– Где? – Илья откинулся на спинку кресла, потер уставшие глаза.
– Вот это нам и предстоит выяснить.
Марина встала, подошла к свободной стене, где они с Ильей повесили несколько лет назад вторую доску для особо сложных дел. Она начала прикалывать фотографии из стопки – сначала те, что с планами и схемами, затем снимки детей, портрет Нефедова. Каждую новую картинку она разглядывала подолгу, словно надеялась, что бумага заговорит.
Илья молча наблюдал за ней, не мешая. Он знал, что у нее есть свой метод – разложить все по полочкам, а потом смотреть на общую картину. Но сегодня Марина выглядела не просто сосредоточенной – она выглядела встревоженной.
– Что-то не так? – спросил он наконец.
Марина отступила на шаг, оглядывая получившуюся композицию.
– Что-то меня гложет, – призналась она. – Да, с этим делом что-то не так. Я пока не могу понять, что именно. Но чувствую.
– Какое-то конкретное «что-то»?
– Нет, – она покачала головой. – Пока нет. Но оставим это на потом. Сначала нужно поймать Кляра.
Она обернулась к Илье, задумчиво потерла пальцы на правой руке.
– Что ты успел узнать про него? Какая-нибудь еще недвижимость на нем зарегистрирована? Или на его сестру, на мужа сестры, на ближайших родственников?
Илья застучал по клавиатуре, открывая нужные базы.
– Так... На самом Кляре зарегистрирована только та квартира, которую мы вчера осматривали. Дом и гараж – на Ольге и Федоре, совместная собственность. Все. Больше ничего. Других родственников я не нашел.
– Да, он же говорил, что мать у них умерла несколько лет назад, – кивнула Марина.
– Дом унаследовала Ольга по завещанию. И когда вступила в наследство, сразу продала, – закончил Илья. – Это все.
Марина задумалась на секунду, потом обернулась к Илье и взяла свою сумку.
– Значит, возвращаемся к Измайловым.
– К ним? – удивился Илья. – Ты думаешь, они что-то знают? Если он с ними не общался...
– Может, с Федором и не общался, – перебила Марина, указывая на доску, где в центре висела фотография Нефедова с выколотыми глазами. – Но с Ольгой, думаю, очень даже тесно.
Илья посмотрел на фотографии – на лица детей, на схемы завода, на вырезки из газет, собранные с такой одержимостью.
– Да, ты говорила уже об этом. Ты думаешь, он сделал это ради сестры? – спросил он.
– А ты посмотри, – Марина подошла к доске, провела пальцами по снимку погибшего Дениса Измайлова. – Если бы ему было все равно на сестру и погибшего племянника, разве стал бы он затевать такое?
Она обвела рукой всю композицию.
– Это не спонтанная месть, Илья. Это продуманная, холодная, выверенная операция. Так не мстят за чужих людей. Так мстят за своих. Очень близких.
Илья молчал, обдумывая ее слова. Потом кивнул.
– Ладно. Поехали к Измайловым.
Он встал, потянулся за ветровкой, висевшей на спинке стула.
– Ты думаешь, они нам что-то расскажут? Федор в прошлый раз был не очень разговорчивым, а Ольга...
– Ольга была в истерике, – закончила за него Марина. – Но сейчас она могла прийти в себя. Или, по крайней мере, мы сможем поговорить с ней наедине, без Федора.
– Ты хочешь развести их по разным углам?
– Хочу попробовать, – Марина взяла сумку.
Илья хотел что-то ответить, но не успел. Дверь в кабинет приоткрылась, и на пороге появился Быков. Борис Евгеньевич выглядел как обычно – подтянутый, строгий, с аккуратно зачесанными седыми волосами. Но сегодня в его глазах Марина заметила что-то новое. Что-то похожее на неуверенность. Он переступил порог, замер, оглядел их обоих – и особенно долго задержался взглядом на разбитом лице Марины.
– Скворцова, – начал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Ты в порядке? Мне доложили, что ты получила травму при задержании…
– В порядке, Борис Евгеньевич, – ответила Марина, не отводя от шефа взгляда.
– Работать можешь? – уточнил Быков. – Может тебе пару дней передохнуть? Выглядишь неважно…
– Да что ж такое? Сегодня у меня сплошные комплименты от коллег! – съязвила Марина. – Все со мной в порядке. Благодарю за беспокойство.