– Вы не спросили, с кем он говорил?
– Я не лезла в его дела, – отрезала Светлана. – Он не любил, когда я интересовалась его работой. Я занималась своим делом. Я директор по маркетингу в его компании. Вся реклама, связи с общественностью, публичные дела – это я. А остальное – его зона.
– Откуда вы знаете про субподрядчиков, если не лезли в его дела?
Светлана усмехнулась, наконец подняв глаза на Марину. Взгляд у нее был тяжелый, усталый.
– Потому что я директор по маркетингу. Я в курсе всех контрактов, всех поставщиков, всех подрядчиков. Я вижу, кто работает, а кто только получает деньги. – Она помолчала. – Миша часто оставлял документы у себя в кабинете. Я иногда заглядывала. Не из любопытства – просто проверяла, все ли в порядке.
– И что вы думаете о субподрядчиках?
– Я думаю, что это они, – прямо сказала Светлана. – Они были злы, когда Миша заставил их вернуть деньги. Он сказал им, что подаст в суд. Они угрожали. Я слышала.
– Кто конкретно угрожал?
– Глава их бригады. Я не помню фамилию. Но Миша говорил, что он бывший из структур. И у него связи. – Светлана взяла телефон, пролистала контакты. – Я дам вам его номер. Если хотите.
– Хочу, – Марина кивнула и записала номер.
– А что с землевладельцами? – спросила она, возвращаясь к блокноту. – Те, чьи земли изъяли для строительства.
Светлана выдохнула, отставила стакан.
– Здесь было немного проще. Эти люди знали, что их земли находятся под угрозой из-за ограничений. Что когда-то государство могло решить, что тут должна будет проходить трасса федерального значения. Они почти тридцать лет жили и трудились на этих землях, а потом так и произошло.
– Они не пытались отстаивать свои права?
– Возмущались, конечно. Дома, хозяйства... Но они все знали об ограничениях на землю, когда покупали ее. Через суды землю изъяли, выплатили компенсацию. Но они продолжали ходить митинговать к месту застройки. А когда начали сносить их дома... – Светлана зажмурилась, вспоминая. – Такой ужас начался. Миша тогда решил выделить этим семьям, чьи дома пошли под снос, участки земли. Неподалеку. Он еще в начале двухтысячных скупил большой участок, но так и не осуществил проект застройки. Решил отдать им.
– И они успокоились?
– Кто-то успокоился, – Светлана покачала головой. – Но не все. Некоторые продолжали ходить и кошмарить стройку. Им было все мало. Они устраивали погромы, пару раз поджигали технику.
Марина записала и это.
– Вы знаете, кто именно из них был организатором этих протестов?
– Дам вам список, – Светлана взяла телефон, что-то набрала. – Но не думаю, что это они. Они больше похожи на хулиганов, чем на убийц. Но проверить стоит.
Марина поблагодарила, но уходить не спешила, продолжала сидеть, изучая женщину напротив. Что-то в ее рассказе не сходилось. Что-то было не так.
– Светлана Владимировна, – сказала она осторожно, – а кроме строительства, у Михаила были другие дела? Другие бизнесы? Может, какие-то совместные проекты с друзьями?
Светлана задумалась, нахмурилась.
– Другие бизнесы? Нет. Миша занимался строительством всю жизнь. Это его страсть, его детище. Он потратил много сил, чтобы выйти на федеральный уровень и получать заказы на строительство федеральных объектов. Это была его мечта.
– А что вы можете сказать про его друзей? – Марина сделала паузу. – Клюев, Шапиро, Нефедов?
Светлана поморщилась, услышав эти фамилии.
– Нефедов... мерзавец. Вечно втягивал мужа в какие-то сомнительные схемы. Я говорила Мише, что с ним лучше не связываться, но он не слушал. Говорил, что они друзья еще со студенческих лет. – Она усмехнулась. – Клюев и Шапиро тоже не подарки. Но Миша их любил. Их эти постоянные встречи вчетвером… Что-то их связывало.
Марина замерла.
– Что конкретно?
– Не знаю, – Светлана пожала плечами. – Я не лезла. Но вот что я скажу, иногда после их встреч, Миша возвращался нервным, но на вопросы, что случилось, никогда толком не отвечал. Говорил, что рабочие моменты, которые его просто бесят. А так все в порядке.
Марина посмотрела на фотографии, стоящие на столе. Одна из них привлекла ее внимание – молодой парень, очень похожий на Светлану и Михаила.
– Это ваш сын? – спросила она, показывая на фото.
Светлана проследила за ее взглядом, и ее лицо смягчилось.
– Антон, да. Сейчас учится за границей. Миша отправил его туда, когда сын узнал про его измены и начал устраивать скандалы.