– Марина!
Голос Ильи прорвался сквозь шум и звон. Она почувствовала, как сильные руки подхватили ее под мышки и потащили в сторону. Она попыталась сказать, что может идти сама, но из горла вырвался только хрип – ядовитый дым уже начал оседать в легких.
Илья скинул с себя тлевшую куртку, перекинул ее через плечо и, пригибаясь, потащил Марину к выходу. Его лицо было перепачкано сажей, глаза слезились от дыма, но он не останавливался. Он тащил ее через огонь и дым, обходя горящие обломки, пока они не вывалились наружу, в прохладный ночной воздух.
Марина упала на колени, судорожно вдыхая свежий воздух. Легкие горели, голова кружилась, а перед глазами все еще плыли искры. Она попыталась встать, но тело не слушалось. Сознание начало меркнуть, и последнее, что она помнила – как над ней склонился Илья, зовя на помощь.
Глава 36.
Марина очнулась в больничной палате. Белое стерильное помещение, резкий запах лекарств. Над ее головой тихо гудел монитор, а в носовой канал был вставлен кислородный катетер. В груди все еще саднило, но дышать стало легче.
Марина попыталась подняться, но ей это не удалось, и она снова обессиленно повалилась на подушку. Она не помнила, как потеряла сознание, как ее доставили в больницу. Но больше всего ее беспокоило то, что она не знала, чем закончилась операция в подпольной клинике. Когда начался пожар в здании находилось полтора десятка ее коллег. Вдруг кто-то пострадал? Или погиб?
Входная дверь распахнулась и в палату вошел врач – пожилой мужчина с посеребренной сединой густой шевелюрой.
– Доброе утро! – поприветствовал он Марину.
– Утро? – она бросила взгляд в окно и застонала.
На улице было серо и промозгло, но ночь определенно успела закончиться, а она даже не обратила на это внимание. Сколько же времени уже прошло?
– Утро, утро, – усмехнулся врач. – Ну и напугали же вы нас!
– Это я умею, – отшутилась Марина.
– Как вы себя чувствуете, Марина Сергеевна? – с улыбкой спросил доктор, проверяя показатели на мониторе.
– Голова кружится, – честно ответила она. – И в груди жжет, но терпимо.
– Это ожидаемо. Вы получили серьезные ожоги дыхательных путей, – пояснил врач, делая пометку в карте. – Мы назначили вам кислородотерапию и противовоспалительные препараты. Через пару дней станет легче. Обещаю.
Он положил карту на тумбочку и посмотрел на нее с легкой улыбкой.
– Вам сейчас нужен покой и постельный режим. Особенно учитывая ваше положение…
Марина вздрогнула.
– Какое положение? – спросила она, подняв глаза на врача.
– Вы беременны, Марина Сергеевна, – ответил доктор. – Судя по анализам, срок около восьми недель. Вы не знали?
Марина покачала головой и уставилась в пустоту невидящим взглядом.
– Не знала, – прошептала она и машинально положила руку на живот. – Столько всего навалилось в последнее время…
– Ну вот, получается я принес вам хорошие новости, – улыбнулся врач. – Поздравляю! А теперь отдыхайте, чуть позже придет медсестра, поставит систему.
– Доктор, – позвала Марина, когда он уже собрался выйти из палаты. – Меня одну привезли сегодня ночью? Есть еще пострадавшие?
– Двое мужчин в соседней с вами палате с подобными симптомами, – сообщил врач. – Остальным оказали первую помощь и распустили по домам. В этот раз всем повезло.
– Спасибо, – облегченно кивнула Марина.
Доктор вышел, а она опустила взгляд на свой живот. Ее удивляло, как можно было не заметить признаков беременности? Тем более, что незадолго до убийства Бармина они с Павлом решили перестать предохраняться. Да и симптомы действительно были, только она, занятая мыслями о расследовании, успешно от них отмахнулась.
Марина вспомнила, как не смогла влезть в свои любимые брюки, которые в прошлом сезоне были ей даже немного великоваты. Она тогда списала это на то, что Софья Марковна зачастила с пирожками, которыми угощала всех соседей в подъезде, и на через чур плотные и поздние ужины, которые готовил муж, и клятвенно пообещала себе купить абонемент в спортзал, когда появится свободное время.
Восемь недель! Марина попыталась вспомнить, когда у нее в последний раз были месячные, и сердце пропустило удар. Она не могла вспомнить. Она была так занята, что не обратила внимания на задержку. Списала все на стресс и усталость.