Хотя он и считался мертвым тысячу лет, его внезапное воскрешение слишком напоминало библейский сюжет, чтобы оказаться правдой. Проникшемуся своей божественной сутью Древнему дорогу лучше не переходить, равно как и не посягать на его тайны.
В остальном жизнь Ванессы была предельно прозаична. Она закончила Колумбийский университет, после чего решила стать деловой женщиной. Открытию сети частных клиник в Штатах поспособствовало наследство деда. Постоянно жила в Сиэтле, но облюбовала Гонконг, бывала там довольно часто, а после исчезновения отца переехала насовсем. Регулярно переводила большие суммы на разные счета по всему миру.
Виктор поймал его настроение и молчал всю дорогу. Лина — приходящая домработница в городской квартире, которую он вызвал без предупреждения, не начала рассказывать ему о сроках. Обычно она любила это делать, несмотря на щедрые сверхурочные, но сегодня даже не пикнула. Прибежала с пакетами, полными еды и принялась за дело. Будто чувствовала, что не стоит нарываться.
Ему понравилось, как Ванесса выглядела сегодня. Платье насыщенного синего оттенка выгодно подчеркивало рыжие пряди и украшенную веснушками, кожу. Ярко, но изысканно.
Она подошла к нему и светло улыбнулась. Демьяну и хотелось бы верить в её искренность, но наивность осталась в далеком прошлом. Лисица была заинтересована в нём лично, и не собиралась отступать.
— Рада снова видеть вас, Дэмиан.
— Взаимно, — он улыбнулся в ответ и предложил ей руку, которую Ванесса с радостью приняла. В машине Демьян не стал включать музыку, хотя по дороге до «Ритц-Карлтона» слушал подборку классических мелодий. Такое он себе позволял нечасто. Кого-то классика умиротворяет, его же она напротив приводила в смятение. Все чувства обострялись до предела.
— Освоились в Москве?
— Мне не хватало компании. Бродить по незнакомому городу в одиночку, особенно не зная языка, то ещё удовольствие.
— Москва не нуждается в представлении и словах, — Демьян быстро улыбнулся, — но я понимаю, о чем вы.
Расцвеченная яркими огнями фар дорога раскинулась вдоль набережной. В наши дни Москва превратилась в современный мегаполис, переливающийся огнями, забитый машинами в час-пик и разрастающийся год от года. Свой город Демьян знал разным, и всякий раз будто заново влюблялся в него, хотя по сути, любовь была одна. В дорогом сердцу перемены открывать не менее приятно, чем любоваться родными чертами.
— Вы счастливец. Я много где побывала, но не нашла свой дом, — Ванесса смотрела на Демьяна, не обращая внимания на красоту ночного города. — Некоторые города хранят теплые воспоминания. Рано или поздно приходишь к тому, что люди куда важнее небоскребов и водопадов, но…
Она не закончила.
Демьян молчал и думал о том, что последние слова не вяжутся с её образом. Современным деловым женщинам не хватает времени, чтобы поговорить с тем, с кем они просыпаются по утрам. Ванесса, да и он сам постоянно в движении, как будто промедление подобно смерти, а остановка приведет к неизбежной катастрофе. В её словах звучала зыбкая тоска по ускользающей жизни. Красота мира заключена в мгновении. Звенящем, как натянутая струна. Только здесь и сейчас. Тот, та или те, что разделят с тобой этот миг, чувства к ним, трепещущие в ладонях минуты настоящего — единственное, что на самом деле важно.
— Для вас, наверное, все по-другому, — произнесла Ванесса с долей любопытства. — Вы помните города, а не людей.
— Есть люди, которых забыть невозможно, — отозвался он, — но глубоко в душе, в сердце и памяти отзываются единицы. С городами та же картина, как бы бесчувственно это ни звучало.
— Да, есть люди, которые всегда остаются с нами.
Молчание растянулось во времени, скользнуло мимо едва уловимой тенью. Ванесса задумалась и притихла, а он вспомнил Полину.
— Надеюсь, вы не попросите меня помогать с готовкой, — она всё же решилась нарушить тишину. — Я истинная американка и бесполезна на кухне.
— Вопреки распространенному мнению о русских, я не считаю, что место женщины на кухне.
— Такое мнение до сих пор существует? — она пригладила волосы.
— Многие из моих соотечественниц до сих пор рождаются и умирают с долгом борща и пельменей.
— Какой ужас! Просто Средневековье.
— Дело не во временах, а в сознании, Ванесса.
Демьяну нравился их наигранно серьезный разговор. Легкий ненавязчивый флирт, никакого расчета.