– Якорь использовала? – в меня полетели мелкие осколки.
Я выставила щит и отпустила плеть. Щит пробило и осколками поранило правую половину тела.
– Отойди от нее, – голос Айени заставил меня обернуться.
Он оказался стоящим в нескольких метрах от меня.
– А вот и защитник подоспел, – кивнул палач, но все же отступил от меня на несколько шагов. – Силы несколько не равны. Она вот-вот провалится в первое измерение, и здесь останемся только мы с тобой. Как думаешь, кто из нас двоих протянет в четвертом дольше?
– Можем остаться и посмотреть, – ответил Айени и подошел ко мне.
Он махнул рукой и от его Потока стали отделяться тени, похожие на силуэты самого Айени. Они разбрелись по сторонам, беря нас с ним в кольцо.
– Копирование? – палач отступил назад еще на несколько шагов. – Очень интересно!
В меня и Айени снова полетели стекла. Копии Айени выставили щит и обрушили их, затем сорвались с места и бросились на палача. Удар правой и обрушение копии. Палач шарахнулся. Удар левой – и снова обрушение копии. Удар правой и апперкот левой. Айени при этом не двигался. Он управлял материализованными копиями силой сознания. Дерек никогда не рассказывал о том, что можно создавать свои копии. Альфред же как-то заикнулся, что среди хранителей есть особенные экземпляры, которые могут копировать очертания оболочки Потока и управлять копиями на расстоянии. Особый дар, которым владеют единицы. Оружие моего хранителя – не удар правой или левой. Оружие Айени – его сознание. Палач упал. Его Поток струей вылетал через пробитую грудную клетку.
Одна из копий Айени подошла к нему и присела напротив, готовая вот-вот добить палача.
– Убьешь меня – и правды никогда не узнаешь, – произнес палач.
– Кто тебя послал? – прошипел Айени и прижал ладонь к моему бедру.
Он закачивал в меня Поток.
– Имя Пастыря мне не известно. А если назову имя его поверенного, все равно умру.
– Ты знаешь, кто убил Поука Соммервиля? – спросила я, не особо рассчитывая на ответ.
– Это не мы, – ответил палач.
– А Азали Горна кто убил? – спросил Айени.
– Скорее всего, тот же человек, что устранил Поука Соммервиля. Возможно, на его руках еще несколько трупов наших людей.
– Расскажи про Питера Донохью, – попросила я. – Что с ним случилось?
– Его дружок-послушник украл у нас информацию. За это мы закопали его на песчаных карьерах. Питер Донохью, очевидно, не понял, что с расследованием пора завязывать, и отправился его искать. Наши ребята вычислили его и ранили. Парниша провалился в первое измерение, потерял координацию и рухнул с крыши ангара, на котором прятался. Мы его немного накачали Потоком, чтобы допросить, но этот засранец продолжал молчать. Мы решили отправить его полечиться в больницу под нашим присмотром. Страдания многим из нас развязывали языки. Увы, этот Донохью был таким же упертым, как и его старший брат.
– А старшего брата вы за что убили?
– Несговорчивым он был. За это и убили. Еще вопросы будут или, может, уже отпустите меня?
– А кто сказал, что мы тебя отпустим? – прорычал Айени.
– Хотите перемирие? Мы не трогаем вашу семью, а вы – не трогаете нашу. Я могу это утроить. Но сейчас вы должны отпустить меня.
Мы с Айени снова переглянулись.
– Во второй машине был только водитель, и ты забрал у него Поток и Исток, – произнес Айени. – Ты убил человека!
– Убьете меня – и через пару часов к вам, вашим родственникам и знакомым придут наши люди. И их будет много. Так много, что никто из Ригардов и их друзей не выживет. Хотите начать войну кланов? Она начнется, если сейчас вы не уступите и не дадите мне уйти.
– Передай тем, кто тебя послал, что Мэйю Соммервиль хочет встретиться со своим наставником, – произнесла я. – Никто из Ригардов не нападет на вас, пока вы не нападете на кого-нибудь из нас. Мы так же, как и вы, не заинтересованы в клановой войне.
– А что скажешь ты? – палач обратился к Айени.
– Она все за меня сказала.
– Я понял, – он прижал ладонь к груди. – Тогда, расходимся?
– Будем ждать ответа от твоего Пастыря, – Айени кивнул и его копия тоже.
Палач исчез, а Айени упал на колени рядом со мной.
– Если провалишься в первое, окажешься на дороге между этими машинами, – прошептала я.
Падение. Третье измерение.
– Айени, у меня нет сил прыгнуть в пятое!
– Все хорошо, – он прижал ладонь к моей щеке.
Провал во второе измерение.
– Айени, нет!!! – я вцепилась в его руки.
– Я люблю тебя, – он прижался губами к моим губам.
Провал в первое измерение.