С трудом, открывая глаза, Райт огляделся. Он был в вольере, а по обе стороны от него, были расположены клетки с собаками. Пёс поднялся, и с трудом передвигая лапами, подошёл к мискам с водой и едой. Утолив жажду, он лёг почти сразу уснул.
Несколько дней он пил воду и не притрагивался к еде. Однажды к вольеру подошли три человека, один из них просунул сквозь решётку длинный шест и коснулся им пса. Разряд электрошокера, свалил Райта на пол.
Когда он очнулся, на его шею был надет тяжёлый металлический ошейник, а сам он находился на заднем дворе, растянутый на две стороны пристёгнутыми к ошейнику тросами...
Увидев, что пёс очнулся, к нему подошли псари, у двоих в руках были бамбуковые палки. Один из них потянул к Райту руку, а тот, недолго думая, чуть было не отгрыз её. Псарь что-то крикнул и на собаку обрушился град ударов. Райт не мог ни увернуться, не защитить себя, натянутые тросы крепко держали его на привязи.
Его били несколько часов. Уже стемнело, когда к нему подошёл Джарет. Ему не приходилось видеть пса с такой силой воли. Осторожно протянув руку, он едва успел её одёрнуть, как клацнули зубы. Псари подняли палки, но Джарет остановил их...
На Райта нельзя было смотреть без слёз. У него не было сил стоять, лишь натянутые тросы, держали его голову, не давая ей упасть. Ослабили троса, и пёс упал на землю. Перед ним поставили миску с водой и оставили его в покое.
Было далеко за полночь, когда Райт услышал осторожные и тихие шаги. К нему подошёл юноша, это был Том, сын Джарета. Он накануне вернулся из Европы и стал свидетелем издевательств и истязательства над собакой.
У Райта не было сил поднять голову, он мог только смотреть Тому в глаза, а в них стояли слёзы. Том просил отца не мучить собаку, на что тот ответил: «Или я сломлю его волю, или я сломаю его хребет! Другого не будет!»
Том достал из кармана полиэтиленовый пакет и в нос пса «ударил» аппетитный запах. Юноша вытряхнул содержимое перед Райтом, и собака не в силах удержаться от соблазна, слизала языком всю ветчину, и бесстыдно уставилась на Тома, прося добавки. Парень улыбнулся и убежал. Не прошло и пары минут, как он вернулся, неся в руках увесистый пакет с мясом. Достав кусочек, он хотел положить перед носом пса, но ветчина исчезла у Райта в пасти. Собака смотрела в глаза человеку, и Том решился. Он вынул кусок колбасы и на открытой ладони протянул Райту. Пес отпрянул, но обнюхав руку, аккуратно взял предложенную ветчину и смешно чавкая, проглотил. Том скормил с руки всю колбасу и когда пёс позволил погладить свою голову, произнёс:
- Друг, я не обижу тебя и не причиню тебе боли. Пожалуйста, поверь мне...
Собака положила голову на лапы, через минуту, словно набравшись сил, поднялся и, шатаясь от бессилия, дрожа от боли и напряжения, посмотрел на Тома. Парень, немедля, отстегнул застёжки карабинов троса от ошейника и сделал шаг назад...
- Друг, иди за мной. Я не предам тебя.
Сделав несколько шагов, Том обернулся... Шатаясь, за ним шёл пёс...
Утром, Том проснулся от шума во дворе. Он вышел на улицу. Псари пытались объяснить Джарету, что пёс сам отстегнул ошейник и ушёл спать в вольер. Том не стал тянуть с интригой, и рассказал отцу, как всё было. Джарет и псари не могли поверить в это, но факт был налицо. В заключении, Том попросил отца:
- Папа, я сам буду готовить пса для боёв, и заниматься с ним. Не стоит сомневаться, что он скорее погибнет, чем станет игрушкой в ваших руках.
Джарет с гневом посмотрел на псарей, те стояли, опустив глаза.
- Ладно.... Займись им... Я дам тебе три месяца, но если он проиграет первый бой, я лично пристрелю его!
Глава 7
Том стал лечить и выхаживать Райта. Недолго думая о кличке для собаки, просто стал звать пса - Друг...
Когда Райт выздоровел, его ожидало ещё одно «позорное» испытание, ему купировали хвост. После этого, пёс два дня не «разговаривал» с Томом, но после простил. Но теперь никаких проявлений радости.
Начались упорные занятия по дрессуре. Райту всё удавалось легко и просто, но были и свои особенности, и трудности. Все инструкторы, наотрез отказались работать с ним в травле - травмы были неизбежны. А при появлении Тома с Райтом на площадке, все владельцы собак, вспоминая о более важных, спешно ретировались.