Все произошедшее весьма удивило Палача, совершенно неготового к такому развитию событий. Внутри него начал закручиваться клубок сильных и противоречивых эмоций. Непривычное чувство сытого умиротворения стремительно сменялось злостью и жаждой убийства. Зверь хоть и был впервые накормлен досыта, но не получил своей кровавой жертвы.
«Как не вовремя человечка лишилась чувств.» - С досадой подумал гад. - «Возможно смогла бы она мне поведать о том что тут случилось.»
Решив что ему необходимо безотлагательно разобраться в том что произошло и подумать, желательно вдали от этой странной девушки, гад спешно отнес свою собственность в ее комнату. Накрыл камзолом и, положив рядом флягу с целебным настоем, отправился на охоту. Ведь лучший способ успокоиться самому и успокоить своего зверя — это кого-нибудь убить.
Было в этих суровых краях раньше одно место замечательно подходившее для охоты — единственная дорога, соединявшая отдаленные поселения со столицей. Тракт проходил через горные леса, и спускался в долину где и находился главный город королевства. В тех лесах груженые обозы часто становились добычей лихих людей, ведь не всякий торговец имел возможность нанять охрану, а иной дороги не имелось. Вот и приходилось людям на свой страх и риск отправляться в путь.
Палач слыхал, что в последнее время нападения стали случаться чаще. А некоторые путники сказывали, что видали в лесу, в нескольких верстах от дороги, сруб недавно поставленный. Стало быть орудует на тракте теперь не просто голь перекатная, а целая шайка разбойничья да с главарем, раз себе уже и пристанище справили и не скрываются особо.
«Надеюсь эта охота будет интересной, а добыча попытается оказать хоть какое-то сопротивление.» - Размышлял д`ари открывая портал.
Глава 11
Оказавшись на дороге гад огляделся и прислушался. Видно сегодня удача была на его стороне. Вдали, за поворотом, были едва различимы крики и лязг оружия. Но к тому моменту как Палач добрался до цели все уже было кончено. Перед глазами мужчины предстала печальная картина — хрипящая и бьющаяся в агонии лошадь, придавленная перевернутой набок телегой, мертвый старик с перерубленной спиной, прикрывающий собой бездыханное тело маленького мальчика. Видать дед с внуком ехали в столицу, да не доехали.
Около повозки деловито суетились пятеро человек. Одетые в легкую кожаную броню, вооруженные короткими мечами и ножами эти люди менее всего походили на татей в избытке водившихся раньше на тракте. Скорее напоминали они хорошо организованных наемников. Разбойники споро потрошили разбросанные мешки и совершенно не обращали внимание на происходящее вокруг.
Д`ари тем временем не скрываясь стоял посреди дороги и с интересом наблюдал за всем происходящим. Когда же и через несколько мгновений никто так и не обратил на него внимания он неторопливо достал нож и, спокойно подойдя к умирающей лошади прекратил ее мучения.
Воцарившаяся вдруг тишина заставила лихих людей оторваться от разворовывания чужого скарба и заметить наконец неожиданно появившегося незнакомца.
- Эй, пришлый человек, тебе чего занадобилось тута? Иди куда шел! - Подал голос один из грабителей.
- Погодь, Аротт, - вмешался второй доставая меч, - авось у господина сего есть желание пожертвовать свой кошель нам, а ты его гонишь.
Остальные разбойники рассмеялись в ответ на это остроумное замечание и тоже потянулись за своим оружием.
Палач усмехнулся, убрал нож в ножны и сделал шаг навстречу веселящимся головорезам.
- Поиграем, - негромко проговорил он широко улыбаясь, так что всем оказавшимся рядом стали видны его клыки. Народ зароптал переглядываясь, а когда особо внимательные заметили вдруг появившиеся когти на руках гада и сверкающие глаза, ряды их и вовсе дрогнули. В воздухе повисло произнесенное чьим-то испуганным шепотом слово «волкодлак» и еще несколько мгновений спустя смелые человечки кинулись бежать. Но не суждено сегодня было ни одному из беглецов спасти свою шкуру. Зверь жаждал крови и боли, а посему смерть не пришла к разбойником быстро. Несколько часов к ряду тракт оглашали истошные крики, столь жуткие, что услышь их даже самый бесстрашный человек кровь застыла бы от страха в его жилах. Но некому было слышать это. Дорога была совершенно пуста.