Гордо вскинув голову, Веспасия удалилась из атрия, переступая через мертвые тела. Тит с сыновьями облегченно вздохнули.
Как только жена вышла, Тит подошел к ним и обнял за плечи. Кроме них в атрии никого не было. Паллон и Клемент повели Секунда в темницу, Магн и его приятели с большой дороги вместе с остальными принимали участие в тушении пожара. Передняя дверь все еще дымилась, однако возгорание уже удалось погасить. В комнатах пахло дымом и гарью.
— Спасибо, мои дорогие сыновья, спасибо вам, — произнес Тит; по очереди привлекая их к себе, чтобы соприкоснуться головами.
Веспасиан попытался положить левую руку на отцовское плечо, но тотчас же поморщился от боли.
— Нужно вынуть из тебя эту штуку, — сочувственно заметил Сабин. — Я пошлю за Хлоей.
— Отцу нужно пришить назад его ухо, — добавил Веспасиан, решив шуткой поднять настроение, и указал на рану на отцовской голове.
— Уха я лишился уже давно, мой мальчик, — Тит осторожно потрогал больное место. — Это ранение едва не стоило мне жизни. Я поскользнулся в одном бою и едва не потерял равновесие. Зато есть в этом и своя положительная сторона. Этим ухом я почти не слышу язвительных замечаний вашей матушки, а она ой как остра на язык!
При этих его словах все трое рассмеялись — не столько самой шутке, сколько признаваясь самим себе в том, что остались живы. Единственным спасением от тревог последних часов стал смех, безудержный, истерический смех, от которого вздымалась грудь Веспасиана, толкая застрявший в плече наконечник стрелы. В следующий миг боль и потеря крови взяли свое, и он без чувств рухнул на мраморный пол.
Когда Веспасиан открыл глаза, он тотчас узнал потолок своей старой комнаты. На дворе стоял день.
— Давно пора!
Он повернул голову и увидел Магна. Тот сидел на стуле в углу комнаты и до блеска начищал свой меч.
— Который час? — слабым голосом спросил Веспасиан.
— Почти полдень, если не ошибаюсь.
Веспасиан поднес к плечу руку и нащупал плотно наложенную повязку.
— Ты даже не пикнул, пока Хлоя извлекала наконечник. Все это время ты был без сознания, даже когда она очищала рану. Замечательная женщина. Никогда еще не видел, чтобы наконечник извлекали так ловко и быстро. И еще я готов поспорить, что в молодости она была красавица!
— Я уверен, что если ее вежливо попросить, она бы не отказалась на какое-то время вспомнить молодость. Тем более что, насколько мне известно, ты питаешь слабость к зрелым женским формам.
— Мне что, теперь до конца моих дней выслушивать от тебя твои глупости? Клянусь Аидом! Стоит поиметь одну козу, как ты уже до конца дней своих считаешься любителем козьего сословия!
— По крайней мере, свою репутацию ты заработал честно. Лично я и близко не подошел ни к одному мулу, Сабин же только и делает, что подначивает меня. Кстати, как там твои приятели?
— Бедняга Луцион отдал концы, но Хлоя считает, что Кассандр должен выжить. Стрела пробила ему нёбо и вышла сквозь щеку, хотя и выбила по пути несколько зубов. Я всегда говорил, что этим грекам вечно везет.
— Я бы не стал называть это везением, если учесть, что в него выстрелил тот, кого он пытался защитить.
Магн осклабился.
— Если посмотреть на это дело так, то ты прав. Да и вообще, неизвестно, сколько пройдет времени, прежде чем он снова сможет жевать сочную римскую колбаску. Ведь он, как и всякий грек, наверняка питает к ней слабость. Ну, ты понял, о чем я.
— Думаю, что да, — улыбнулся Веспасиан. — А теперь помоги мне встать.
— Неужели в этом есть необходимость?
— Ты что, по уши влюбился в Хлою и теперь тоже возомнил себя лекарем?
— Нет. Просто знаю по собственному опыту, что всякий раз, когда меня пытаются проткнуть насквозь, я потом еще долго едва держусь на ногах.
Веспасиан с трудом приподнялся с постели. Рана в плече тотчас напомнила о себе болью, однако кровотечение больше не возобновилось.
— Боюсь, что у меня нет выбора. Я должен попрощаться с нашими мертвыми и уехать.
— Это что еще за спешка такая? — удивился Магн, помогая другу встать на ноги.