Мне охватил ужас. Никогда прежде не сталкивалась с нечто подобным этому. Липкий страх забрался в душу, но я не могла дать ему волю, если ничего немедленно не предприму Кайла просто погибнет.
‒Перестань, ‒ кричу я, в пытке разжать стальные тиски. Но он никак на меня не реагирует, увлечённый ужасным желанием убийства.
‒Ты свернёшь её шею, ‒ стучу кулаками по мощной спине, только вот всё безрезультатно.
Беспомощно оглядываюсь по сторонам, ища хоть какой-нибудь предмет и натыкаюсь на напольную вазу. Отбрасываю букет давно засохших цветов в сторону; разливаю воду на пол и со всего размаха ударяю глиняным сосудом прямо по спине Бэйла.
Ваза разлетелась на сотни осколков, разнося громкий шум по коридору таверны. А мужчина, подкашиваясь падает, выпуская из рук пленницу. Подбегаю к ней и хватая за руку бегу прочь из здания, по лестнице мимо недовольных и сонных людей, которые спешили узнать отчего в столь ранний час такая суматоха.
Пока мы неслись прочь от «Трёх китов», Кайла хрипела и сипела в попытке наладить дыхание. И только когда мимо пронеслось несколько переулков, женщина наконец смогла вдохнуть полной грудью.
‒Спасибо, ‒ хрипловато поблагодарила она и устало облокотилась о стену деревянного дома. Хотя по виду сооружение было больше похоже на сарай, нежели на жилище человека и только добротная дверь говорила об обратном. Вид около домика тоже был грустным: на прилегающей к нему территории валялся какой-то мусор, битая кухонная утварь, а большая плешивая метла угрожающе стояла у самого порога, отпугивая незваных гостей.
‒Думаю, нам не стоит здесь задерживаться, ‒ проигнорировав слова благодарности, произношу я и прислушиваюсь к звукам, надеясь, что за нами нет погони. Как успела убедиться, будь она на моём месте, я бы всё ещё была в «объятиях» рыжего, так как с помощью Кайла не спешила. К сожалению, моя совесть бросить человека в беде не позволила, но и тащить на себе её в качестве обузы – не буду.
Выглядываю из-за угла дома. Там никого нет, и я уже хочу тронуться дальше, как главная меня окликает.
‒Постой. Можешь утолить моё любопытство?
Нехотя киваю.
‒Почему ты не оглушила его своей магией? Лежал бы себе рыжик смирно и видел прекрасные сны, а может и не прекрасные. Знаю, магии в тебе кот наплакал и всё же ты могла на минут двадцать отправить его в мир грёз. Так почему?
Усталый вздох вырвался непроизвольно, и я кратко отвечаю:
‒На сегодня уже исчерпала резерв.
‒Оу, да у тебя тяжелый день, детка, ‒ сочувственно кивает Кайла и тут же задает вопрос: ‒И кто та жертва? Уж не тот блондинчик, от которого бежишь?
‒Вы знаете? ‒ поражённо интересуюсь.
‒Естественно. Хочешь расскажу одну занимательную историю, о танцовщице и её верном друге? ‒ её слова растекаются в свете утреннего солнца – туманом, за которым мелькает нечеткое очертание правды.
‒Ни грамма лжи?
Красные губы печально выводят улыбку на смуглом лице, и она медленно кивает.
‒Вы расскажете правду о своём любовнике? – не унимаюсь я, истерически посмеиваясь.
‒Детка, ты ещё слишком юна и много не понимаешь. Он был одним из многих моих лекарств сладострастия. Лишись его и на его место придут другие, что смогут скрасить досуг и доставить удовольствие.
Она говорила это так фривольно, будто все мужчины для неё являются лишь временными куклами, с которыми приятно играть. Но печаль в зелёных глазах выдавала некую усталость и грусть. Быть может, ей давно пресытился такой уклад, только она отчаянно не хочет того признавать.
Четыре года назад, когда мне едва исполнилось четырнадцать, мы с моим давним другом детва мечтали стать артистами, что колесят по миру. Глядя на них, можно было почувствовать безграничную свободу. Казалось, вся их жизнь сплошное приключение и нам до безумия хотелось жить такой жизнью. Тогда же в нашем небольшом селение произошло событие: незамужняя двадцативосьмилетняя старая дева ‒ дочь уважаемого кожевника, отвергнувшая очередного достойного жениха, решила уйти из дома и стать вольной артисткой. Всё для нового начинания было при ней: красота и гибкость, а главное опыт танцовщицы. Кайла не раз выступала на празднествах, даже выезжала с отцом в столицу, для выступления на празднике по сбору урожая.
Однако, одной начинать столь опасное дело было страшно, и девушка решила собрать труппу из таких же рисковых и талантливых ребят. Путём небольшого отбора она выбрала меня с Бэйлом и угрюмого Бо – здоровенного сына мясника. Почему она взяла Бо, было ясно сразу, одним своим видом он вселял страх, а недюжинная сила, помогала нам разбираться с бандитами на дрогах. С нами же всё просто, как сказала Кайла: «‒Вы молодые, ловкие и быстро обучаемые».