— Ладно, поговорим, — прокачиваться всё равно нужно, с учётом «буста», что, по словам местных, получили данжи, лезть в них с напарницей мне рано, да и в одиночку, пожалуй, всё, что старше недели от роду, может стать фатальным. По крайней мере, пока я не проверю в реальной боевой обстановке, насколько на мои возможности повлияло вкладывание очков характеристик в Силу, стоит исходить из этого. — Кстати, — решил я сменить тему, — не расскажешь о вашей церкви и её иерархии? Ординарий — это много или мало?
— Ординарий — это глава прихода крупного города или монастыря, — послушно начала просвещать меня котя, — в его подчинении находятся коадьюторы — главы приходов малых городов. С работой ему помогают священники-ауксиларии, у них нет своего прихода, но по рангу и сану они примерно соответствуют коадьюторам и постоянно находятся при ординарии. В самом низу стоят простые священники — они возглавляют приходы и проводят службы в деревнях, если там есть церкви, или просто странствуют, неся учение своих Богов и исполняя их волю в разных уголках мира. Над ординариями стоят старшие жрецы — главы приходов столичных городов в землях Верховных Лордов, ещё выше — примас, он находится в Столице Империи и заведует всеми делами церковных приходов. И, наконец, над всеми ними стоят Первожрецы — это люди, наделённые самым большим доверием Бога, которому они служат, и чьё слово равно слову самого Бога.
— Кхм… понятно, — я бы сказал, что тут без пол-литры не разберешься, но нэка шпарила как по писанному. — И такое в каждой стране?
— Не знаю, — она пожала плечами, — скорее всего, хотя я слышала, что в некоторых странах почитаются не все Светлые Боги, а где-то стоят храмы и Тёмным. У разных богов церковная иерархия тоже может отличаться, но в этом разбираются только сами священники, для остальных это не столь важно.
— А разные страны признают священников друг друга?
— Конечно, — серьёзно кивнула нэка. — Своих служителей ведь выбирает сам Бог, и место в иерархии тоже зависит от того, насколько Бог благоволит тому или иному служителю.
— Что же, спасибо за разъяснения, — я опять испытал острое чувство зависти к этому миру, невольно вспомнив всякого рода «замечательных людей веры», что благословляли сперва всяких благородий, а потом и нацистов на войну с «безбожной и сатанинской властью большевиков». Ну да ладно, это дела прошлого. Да и, говоря откровенно, сейчас мне полученная информация всё равно ничего толком не даёт, так, для общего развития и понимания мира стоит запомнить, а лучше и вовсе записать в системный журнал, но не более того.
С этими мыслями мы и вернулись в гостиницу, где за очередной медяк разместили коняшку в «боксе» и задали ей меру овса. Ну или какой иной крупы — признаться, мне это было не так чтобы сильно интересно.
На завершение подготовки нам потребовалась ещё пара дней, за которые вести окончательно расползлись по городу и, разумеется, повлияли на жителей Шоселя и его гостей. Так, например, народ из Гильдии Авантюристов чуть ли не удвоил количество тренировок, да и снаряжение начал активно обновлять — котейка каждый день, когда мы туда наведывались, подмечала и рассказывала, кто и что нового купил, починил или, напротив, продал. Тема начала новых «Тёмных Времён» как-то очень легко была принята людьми (и не только), но вместо паники и истерики, что я, признаться, подспудно ожидал, все стиснули зубы и принялись готовиться к неприятностям. И ладно бы только авантюристы — те привыкли жить риском, и потому их настрой был понятен, хотя оперативность, с которой они начали готовиться, конечно, поражала, но ведь и простые жители не спешили рвать на себе волосы и запираться в домах или церквях. А вот продуктами, особенно теми, что могли долго храниться, — то да, запасались, так что цены сразу же устремились вверх. И всё-таки, положа руку на сердце, я мог сказать, что жители данного мира куда как собраннее и… самостоятельней, что ли, чем обитатели моего прежнего. И, пожалуй, это хорошо.
И вот наступило очередное утро, мы поднялись, позавтракали, помылись «на дорожку» (поскольку всю следующую неделю, и это в лучшем случае, цивилизации в лице горячей воды и нормальной бадейки-ванны мы не увидим) да отправились «по квесту» за гоблинами. И, разумеется, встретили новые тяготы и лишения, к которым я, в отличие от Нэроко, готов не был. Как так получилось? Ну, всё дело в нашей живности, за ней ведь тоже уход нужен, а я разве что хильнуть транспорт и могу. Нет, поначалу проблем не было — мы спокойно выбрались из города, лошадка покорно тянула повозку по дороге, нэка сидела на облучке, почитывая книжку и бормоча себе под нос строки из новых заклинаний — отрабатывала дикцию и привыкала к расширяющемуся арсеналу. Я, соответственно, время от времени поправлял ей произношение и продолжал свои попытки тоже что-то кастануть за пределами известных мне «рефлекторных» заклинаний и начитанного «светляка». Получалось… да никак не получалось, чего уж там. Но я окончательно убедился в верности своей гипотезы относительно заточенности структуры заклинаний под конкретный вид энергии. По всей видимости, моя мана подходила только для Светлых заклинаний, не в плане «добра и любви», а конкретно магии на элементе Света, в то время как котейка использовала «нейтральную» для своих заклинаний. И как переделать Свет под «нейтраль», я не представлял… если это вообще возможно. И это было немного обидно, в том плане, что да, я и так получил Магию и умение ей пользоваться, попал в мир, где, гипотетически, смогу раскачаться до Боженьки (если меня не прибьют раньше или у автора этой странной «Системы» не найдутся другие планы), но осознание того, что мне может быть доступна лишь одна грань из всего разнообразия этого искусства, несколько печалило. То есть оно, конечно, и так обалденно, да тут ещё и шикарные кошкодевочки есть, и они совсем не против заночевать в моей кровати, плюс здоровье и физическая форма, которые в прошлом мире мне и сниться не могли, но всё равно что-то немного зудело. Осознание собственной зажратости никак не мешало проклятому внутреннему Хомяку недовольно пыхтеть и восклицать «маловато будет, маловато!», даже при том, что уже имеющееся ещё осваивать и осваивать. Эх, такова уж природа людей — нам никогда не бывает «достаточно», и с этим, видимо, ничего не поделаешь.