Задача паладинов несколько отличалась от той, что поставили перед солдатами. Им предстояло выполнять роль грифоньего десанта, который будет нарезать вражескую армаду, порционно пропуская к станам города, где ее уже будут встречать солдаты. Паладины будут спускаться в гущу вражеских полчищ, чтобы затормозить их продвижение не небольшой промежуток времени, а затем снова взлетать, пропуская новую волну к Парахрасту, снова спускаться и так покуда достанет сил. К своему ужасающему прискорбию, совет был вынужден признать, что в ходе этого сражения паладины понесут критические потери, которые поставят под вопрос само существование ордена.
По завершении последнего совещания кронпринца попросили немедленно покинуть Парахраст. Все остальные, включая самых высокопоставленных представителей совета, остались. Даже инквизиторы, которые не ожидали такого подвоха. Все должны были принимать активное участие в предстоящей битве.
Удержать защитников форта от паники позволяло только полное молчание о реальном положении дел. Всех трусов позапирали по комнатам и тюремным камерам. Каждый раз, когда Джессвел навещал Рафеля в его домашнем заключении, тот молил его найти способ сбежать из города, но Джессвел был непреклонен. Он пытался убедить приятеля, что с таким настроем у него куда больше шансов пасть в бою, нежели, если он наберется уверенности и отваги.
Паладины много времени тратили на поддержание морального духа в форте, и это даже работало. Все те, кто не был склонен к паникерству, успешно заразились отчаянной самоотверженностью и уже с нетерпением ждали своего заклятого врага.
Их уверенность порядком поиссякла в тот момент, когда они впервые увидели вражескую армию на горизонте. Бесчисленный рой живых и мертвых с вкраплениями огромных туш химер и демонов. Над этой чудовищной сворой возвышались темные маги верхом на своих летучих змеях. Даже паладины, несмотря на свою показную уверенность, порядком струхнули.
Джессвел мысленно прощался с жизнью. Он, как и прочие его коллеги, находился в первых рядах этого ужасающего шоу. Тонкая линия из паладинов парила в воздухе на грифонах и им было лучше всех видно, насколько враг превосходит их скромные силы сопротивления. Трусящих паладинов насильно удерживали на местах соратники. Чтобы не дать солдатам разбежаться восвояси, инквизиция выстроилась позади города в заградительные отряды, в очередной раз принимая в свой адрес бесчисленные проклятья и обвинения.
Пожалуй, только маги сейчас были на подъеме. С одной стороны, им было несколько легче переносить тяготы этой войны, ведь они не сражались на земле, им не придется бороться за свою жизнь в отвратительной свалке из трупов. Но в то же время, зная, какими чудовищными способами убивали друг друга маги, им тоже нельзя было позавидовать.
По правую руку от Джессвела находился незнакомый паладин постарше, а по левую — паладинша из Тассвана, не сослуживица Хьолы, она была из предыдущего выпуска. Тем ни менее, Джессвел испытывал желание защищать ее, словно видя в ней потерянную подругу. Но было нельзя. У него была своя работа, и очень тяжелая.
Армия врага появилась в поле зрения в полдень, погода была благоприятная. Маги и жрецы начали сражение задолго до того, как силы вторжения и силы обороны столкнулись друг с другом. Они перебрасывались магическими снарядами, пробуя друг друга на зуб и оценивая, кто из магов кем является.
Приблизившись к паладинам, темные маги попытались их атаковать, но рыцари ордена избегали боя, игнорируя атаки и не давая сдачи. Поняв, что паладины намерены сосредоточиться на наземной армии, чернокнижники оставили их в покое и, сравнявшись с облаками, пролетели мимо, сближаясь с боевыми магами Парахраста.
Джессвел пронаблюдал за тем, как армия нечисти прошла под их парящим строем по направлению к двум параллельным шеренгам солдат. Те встретили бой и даже неплохо держались несмотря на обуявший их ужас и отчаянье. Затем послышался телепатический свисток, который давал паладинам команду спускаться. Грифоны пикировали на землю, и шеренга паладинов отсекла кусок вражеской армии от ее основной части.
Джессвел моментально захлебнулся в агрессивных атаках многочисленных противников. Он спрятался за своего грифона, чтобы не умереть на месте, будучи пронзенным дюжиной мечей и копий. Кое-как подгадав момент, чтобы удачно вступить в бой он успел неловко поколотить несколько скелетов, прежде чем свисток вновь заставил его подняться в воздух.