Братья Фринрост и Солигост, к сожалению, напоминали о своем существовании чаще, чем жителям Селиреста того хотелось бы. Эти двое планомерно и неспешно двигались к своей цели — свержению Сельи с божественного престола. Они подспудно подрывали авторитет церкви Сельи, потакая и оказывая помощь любому культу и любой организации, которая была настроена враждебно по отношению к богине. Селирест наводнился чужеродными культами, которые поклонялись демонам или древним некромантам, надеясь возвысить их до состояния божеств.
У инквизиции было много работенки в последние годы. Она стала более агрессивной. Запретов стало больше, недовольства и возмущений — тоже, особенно в рядах магов. За ними следили с параноидальным рвением. Инквизиция в каждом волшебнике видела потенциального культиста, некроманта или чернокнижника. Если в прошлое столетие Селирест столкнулся с дефицитом паладинов, то теперь он столкнулся с дефицитом магов. Те бежали из королевства или просто отказывались заниматься магическим ремеслом, устав от подозрений в свою сторону.
Зато жрецов и паладинов нынче было предостаточно. Запугав всех страшными темными магами, церковь смогла нарастить число почитателей, на ее мощь все уповали в страхе перед древним злом, таящимся в Тундре и постепенно просачивающимся в Селирест. В монастырях отбоя не было от добровольцев. Взрослые паладины ворчали, считая, что в орден набирают всех подряд. Самые старшие видели в положении дел риск нового всплеска преступлений клятвы.
Один из таких старших из личного любопытства присутствовал сегодня на церемонии последней клятвы в Нершере. Уже около ста тридцати лет прошло с того дня, как Нершер пережил свою собственную трагедию. Было приятно видеть, что в этом монастыре снова кипела жизнь, он был полон послушников, и в этом году их было много.
Настоятелем Нершера был все тот же паладин, который когда-то принял в этих гостеприимных стенах Ронхельцев. Он был рад увидеть в числе свидетелей своего давнишнего ученика — Крэйвела. Наставник и ученик обменялись приветственными взглядами. Настоятель Нершера — Орних, коренастый косматый и седой, он уже был стар, когда на его голову свалилось непрошенное долголетие, но он принял эту участь и решил потратить остаток своей бесконечной жизни на воспитание последующих поколений паладинов. Он считался местной легендой. Его ученики светились гордостью и жаждой великих свершений.
Сейчас они стояли у большой купели с водой и готовились дать свою последнюю клятву. Она станет завершением их обучения, каждый из них возьмет в Храме Справедливости свое первое задание и отправится навстречу судьбе. Послушников было непривычно много, человек двадцать. Сколько же их было, прежде чем отсеялись все те, кто оказался непригоден, чтобы стать паладином?
На широких лавках в зале расселись свидетели. Среди них в обязательном порядке присутствовали некоторые местные сановники, чиновники, инквизиторы, наставники монастыря, но прийти мог любой желающий, это не запрещалось. Частенько на таких мероприятиях можно было увидеть детей, которые уговорили родителей свозить их поглазеть на церемонию. Не то чтобы это было шибко зрелищно, но детей не трудно впечатлить.
Среди прочих, настоятель Орних увидел женщину, судя по одеждам, волшебницу, она сидела рядом с Крэйвелом и непринужденно с ним общалась. Орних был рад видеть Крэйвела в чьей-то компании, а не в одиночестве. У древних паладинов часто возникали проблемы с этим, но похоже Крэйвелу удалось их решить.
Церемония прошла без сучка, без задоринки, каждый послушник опустил руки в святую воду произнес свою клятву, его озарил свет Сельи и он, довольный собой, отступил обратно в строй, давая дорогу следующему. Настоятель произнес напутственную речь, обнял каждого и отправил снаряжаться в поход. Свидетели стали расходиться.
Орних подошел к Крэйвелу, чтобы переброситься с учеником парой слов.
— Рад видеть тебя в добром здравии, дружище, — со всей искренностью сказал старик и заключил его в медвежьи объятия.
— Взаимно, — сказал Крэйвел, отвечая тем же.
Орних поздоровался и с волшебницей, более галантно, но не менее радостно.
— Фелисия Малафракт, — представилась женщина.
— Рад, что ты не один, одиночество сгубило многих из нас, — сказал Орних.
Крэйвел понимающе кивнул.
— Как ты? У вас все хорошо? — спросил паладин, окинув взглядом знакомые витражи монастыря.