— Мой отец не ошибается! — резко заявила Афродита. — Да и чего ты боишься? Подумаешь, вторжение. Ваш мир силён, думаю, вы справитесь.
— Мир твоего отца был сильнее в разы, и они не справились, а остатки выживших сбежали к нам, — напомнил я ей.
— Пфф… Отец тогда был молод. А сейчас он гораздо мудрее. К тому же, в вашем мире есть паладины света, которых поддерживает местный бог. Он не допустит масштабного вторжения!
— Посмотрим, — мне не нравилась позиция Афродиты. Слишком она верит в силы отца, а я понимаю, что не всё так просто. Аннулет за последние сто лет значительно ослаб. Много алтарей перестало работать. Паладинов можно пересчитать по пальцам одной руки. А насчёт местного бога у меня вообще не было толком информации. Что он может, насколько силён? Похоже, мне предстоит серьёзный разговор с Никанором. Ведь если Гёкер Юлмаз прав, мне не удастся остаться в стороне. Мой долг паладина — быть на острие атаки. Да и перед Бореем у меня личный долг.
Закончив ужин, гости стали расходиться. Мы тоже отправились домой. Вечер, без сомнения, удался. Я познакомился и пообщался с интересными людьми, а сеанс, который провёл Гёкер Юлмаз, оставил неизгладимые впечатления. Так что всю дорогу я сидел, как на иголках, переживая о возможном вторжении и понимая, что я совершенно не готов лезть в драку.
Да, я становлюсь сильнее день ото дня. Обучаюсь владению магией, поднимаю свой уровень, как паладина. Но это всё происходит слишком медленно. До настоящего мастерства мне ещё очень далеко. По-хорошему, мне надо, как минимум, лет пять. Вряд ли я за этот срок выйду на свой пик, но хотя бы не буду мальчиком для битья.
Последняя встреча со слугой прорыва мне всё ясно показала. Он был силён, умён и хитёр. Единственное, что меня спасло тогда, — то, что слуга меня недооценил. А может, и вовсе не хотел моей гибели. Скорее всего, у него была задача получить информацию и уйти, что он с лёгкостью и проделал, не дав мне даже шанса помешать.
— Пусть заходит, — обратился Николай Алексеевич Романов к Скуратову, который стоял в дверях, — и ты останься, — приказал он, отодвинув бумаги в сторону.
Скуратов исчез из дверей буквально на пару секунд и вернулся вместе с Иваном Грищенко.
— Выше Императорское Величество, — низко поклонился Иван, встав в центре кабинета.
Скуратов обошёл его и сел за стол справа от Императора.
— Садись, — указал Николай Алексеевич на кресло слева от себя.
— Невместно мне, простому простолюдину, сидеть в присутствии царской особы, — потупив глаза, произнёс Грищенко.
— Хватит тут ваньку валять, — прикрикнул Император, — садись давай и рассказывай! Очень мне хочется послушать, как тебя, заслуженного ветерана, какой-то мальчишка из окна выкинул!
— Стар я стал, — с кряхтением уселся в кресло Иван и посмотрел на Скуратова, сидящего напротив. Тот сложил руки на столе и не отводил взгляда от Грищенко.
— Я что тебя просил сделать? Вызвать паладина на дуэль, проверить его способности, — голос Императора сочился недовольством, — и где результат?
— Ваш дядя оберегал этого мальчишку, аки коршун. Мне удалось его отвлечь на десять минут. Самый сильный юнкер оскорбил Шувалова, но… — Иван развёл руками, — воля случая. Вмешался какой-то ученик, и первая дуэль досталась ему.
— Значит, Виталий так и не поучаствовал в дуэли? И мы не знаем, насколько он освоил силы Аннулета?
— Так и есть, — Иван Грищенко повинно склонил голову, — должен заметить, екатеринодарские гимназисты хороши! Встали стеной друг за друга. Уважили меня.
— Ты тему разговора не переводи! Зачем ты полез к нему в номер? Сам думал подраться?
— Хотел поговорить, но недооценил, — покачал головой Иван.
— И… — добавил Император, недовольный тем, что ему приходится вытягивать информацию по крупицам, — он использовал силу паладина против тебя?
— Нет, — коротко ответил Грищенко.
— Да что с тобой! — взорвался Николай. — Ты можешь нормально рассказать? Как получилось, что Шувалов, не используя силу паладина, выкинул тебя из окна гостиницы?
— Я был беспечен. Видать, старость пришла, — Грищенко развёл руками, — держите, — после чего вынул из кармана небольшой амулет и положил его на стол перед Скуратовым, — как видите, камень по-прежнему прозрачен, — кивнул он на перстень с крупным белым камнем. — Виталий ни разу не задействовал силу паладина.
— Плохо! Ты никак не мог его спровоцировать? Мне нужен результат! — Николай с трудом удерживал внутри себя ярость. — Где результат, я спрашиваю! — выкрикнул он, поднимаясь из-за стола. — Я доверил тебе простейшее дело — проверить мальчишку. Вызвать его на драку, прижать к стене. Чтобы не осталось выбора! И ты приходишь после этого всего и паясничаешь тут! Не боишься потерять своё место в училище? Испугался моего дядю? Я для тебя больше не авторитет?