- Опять нажрался, скотина! Хоть совсем тебя из дому не выпускай! – оп-па, алкашка тут водится, что уже радует! Выяснив для себя необходимое, я конечно же заторопился до терема. Что-то уже неожиданно сильно хотелось спать. Но тут я расслышал в отдалении знакомое грустное мычание. Никак моя знакомая буренка снова не доенная мается? Я решительно направился на звук и вскоре уже вскрывал сарай, где тоскливо мычала бедолага. Да, я оказался прав – в хлеву беспокойно переминалась та самая буренка, ее вымя раздулось и даже мешало ей стоять. К сожалению, в одиночку я не смог бы принести ей полное облегчение. Но я заметил рядом большое деревянное ведро и у меня тут же созрел план. Уже через несколько минут я покидал деревню с полным ведром молока. Основную трудность оставила транспортировка этого трофея на лодке через реку. Но хлеба к молоку, конечно, не хватало. Зато хоть какой-никакой ужин, хоть не слишком сытный!
Глава 4
Утро следующего дня разбудило меня определенной естественной потребностью после ночного молока. И я с огорчением понял, что так и не поискал в своем новом жилище отхожее место, пришлось трусить в лесок за домом, заодно на автомате отметил, что от моего терема в лес уходит тропинка. Значит, тут кто-тоходил достаточно много, чтобы протоптать тропу. Именно ходил, так как на тропинке уже успела проклюнуться травка.
Глава 5
День прошел в заботах. Во-первых, я отыскал тот самый подпол, из которого выбиралось привидение. И там меня ожидал клад! Не в смысле горы монет или драгоценностей, а простая бытовая мелочевка, такая нужная в моей ситуации! Крепкое деревянное ведерко я определил на первом этаже в закутке у печи под отхожее место, чтобы ночью не слоняться на улицу. Но за домом все равно разыскал покосившиеся постройки и подновил. Одна из них оказалась именно сортиром, видимо, одинаковым во всех мирах – яма в земле с деревянным настилом, в котором без затей прорублены дырки. Еще одна постройка нашлась почти на берегу и оказалась колодцем! Я сразу же натаскал себе в дом полную бочку питьевой воды. Бочку также поднял из подвала. Оттуда же с трудом перетащил большой мешок чудом сохранившегося зерна. К вечеру не поленился и сбегал до тогго поля проведать знакомую буренку и не прогадал – нерадивые хозяева снова не потрудились подоить бедолагу. Уже почти в сумерках я решительно валил в лесу за домом деревья, намереваясь разжиться дровами и протопить ночью печь. Мне эта идея показалась здравой, ведь в ночной темноте никто не увидит дым из давно заброшенной избы. Потому на ужин у меня была каша! Правда, без масла, зато на молоке. Я аппетитно чавкал горячей пресной кашей и размышлял, что на таких харчах не пропаду, а со временем войду в контакт с местными и совсем хорошо станет! В целом, я и сам не городской увалень, к жизни в деревне привычен.
Но следующее утро внесло в мои планы существенные коррективы. Меня разбудили звуки непонятных мощных хлопков, будто много парашютов последовательно распахиваются над головой быстро-быстро. Шумело на улице, и я метнулся к окну, осторожно – как учили, выглянул осмотреться. Все на том же крупном камне, торчащем из реки, снова сидел изумрудно-зеленый дракон и, красиво изогнув гибкую шею, лакал воду из речки, словно довольный кот. Красивый, зараза! Я с усилием протер глаза, твердо уверенный, что драконов не существует! Дракон меня не должен был видеть, но все равно косил большим желтым глазом с узким вертикальным змеиным зрачком на мое окно, будто чуял меня. Я осторожно отполз от края окна и крылатый ящер, будто распознав угрозу с громогласным ревом взлетел, снова издавая то самое хлопанье крыльями. Я уже без опасений выглянул в окно и проследил, куда он улетел. Дракон летел к деревне. Там же люди, мелькнуло у меня в голове! Реку я преодолел в рекордные пару минут, с учетом возни с лодкой. Несся по дороге к деревне и сам не понимал, чем смогу помочь людям, но внутри накрепко окаменело понимание, что помочь я должен, хоть чем-нибудь! Я просто обязан хотя бы попытаться прогнать дракона! Я бежал, стараясь экономить дыхание для схватки с ящером и усиленно думал, пытаясь придумать, что же делать. Сворачивая на тропинку, отметил, что полянка вся измазана кровью, а в центре бесформенной грудой лежат останки моей знакомо й буренки. Эх, плакало мое молоко по вечерам перед сном! Я едва успел – дракон уже успел сжевать кого-то из селян. Разъяренный гибелью буренки, я, не останавливаясь понесся на огромную махину дракона. Пользуясь инфантильной отвлеченностью дракона, который с повышенным интересом обнюхивал верещащую от ужаса овцу в своей лапе, я с разбега взобрался по чешуе на спину дракону и оседлал его у основании шеи, вполне удобно устроив задницу на его лопатках в месте крепления крыльев к основному скелету. Откуда-то появилось понимание, что именно это место самое удобное для седла. Прямо перед глазами у меня были несколько удобных отростков на шее дракона, то ли рога, то ли шипы, за них я и ухватился, будто за вожжи. И в этот момент зверюга понял, что больше не свободен! Мышцы под моим копчиком взыграли, по обе стороны от меня распластались широкие кожистые крылья, мощный хлопок меня оглушил и едва не опрокинул на землю, я лишь чудом, вцепившись в свои вожжи, словно клещ, сумел удержаться на хребте дракона. Если эта тварь рассчитывал испугать меня высотой, то он сильно просчитался! Знакомый вид далеких прямоугольников сельскохозяйственных земель, игриво прикрытых легкой пенкой облаков показался далеко под ногами, привычно захватило дух. Сидеть на хребте ящера между отчаянно работающих крыльев было не менее удобно, чем в «люльке» строп с роскошным шелковым куполом над головой – я снова был в своей любимой стихии: воздух и небо! Сердце ровно качало кровь, давая мозгу спокойно насладиться бесконечной свободой полета. Я почувствовал движение ладонями – дракон изогнул в полете шею и сейчас внимательно разглядывал меня одним своим змеиным глазом. Из-за этого маневра его полет перестал быть устойчивым и нас заметно тряхнуло в воздухе.