В зале остальные драконы наблюдали настороженно. Я медленно прошёл мимо каждого, стараясь уловить их ощущения. Бронзовый — упрямый. Синий — осторожный. Чёрный — полный скрытой ярости.
— Нам придётся научиться доверять друг другу, — сказал я.
И в глубине души почувствовал: это возможно.
Вечером, сидя у входа в разрушенный замок, я смотрел, как солнце тонет за лесом. Изумрудный лежал рядом, свернув хвост кольцом.
— Значит так, напарник, — тихо произнёс я. — Завтра начнём по-настоящему. Без нападений на коров. Без паники. Будем тренироваться.
Он тихо выдохнул струйку дыма, словно усмехнулся.
Я улыбнулся в ответ.
Где-то вдалеке, за горизонтом, на миг мелькнула тёмная точка в небе — слишком высокая и слишком быстрая для птицы.
Изумрудный резко поднял голову.
Я тоже это почувствовал.
Связь дрогнула — словно струна.
И я понял: драконы мне достались не случайно. И силы Паладина пробудились не просто так.
Настоящий бой ещё впереди.
Глава 7
Тёмная точка в небе не исчезла.
Она не была птицей — слишком ровно держалась против ветра. Не была и драконом — ни отблеска чешуи, ни характерного взмаха крыльев. Это было что-то иное. И изумрудный первым почуял угрозу.
Он поднялся, вытянул шею, зрачок сузился в тонкую щель. Из его груди вырвался низкий, предупреждающий рык — не громкий, но такой, от которого по коже пробежали мурашки.
— Видишь? — тихо спросил я, хотя и так знал ответ.
В груди кольнуло — связь откликнулась. Страх. Не паника, а древняя настороженность. Как у солдата, почуявшего засаду.
Я вскочил на ноги. Руины вокруг казались мирными, но воздух стал плотным, будто перед грозой.
— Взлетаем, — сказал я и уже мысленно добавил: проверим.
Изумрудный расправил крылья. В этот раз я взобрался на его спину быстро, без суеты. Ноги сами нашли удобное положение между костяными гребнями, руки легли на знакомые отростки.
Взмах — и мы в воздухе.
Под нами раскинулись поля, лес, серебряная лента реки. Деревня казалась игрушечной. Я поднял взгляд к точке.
Она росла.
И чем ближе становилась, тем сильнее я ощущал чужое присутствие — холодное, скользкое, как мокрая змея за шиворотом.
Это был не дракон.
Существо имело вытянутое тело, но вместо чешуи — тёмную, будто обугленную кожу. Крылья — узкие, рваные по краям, как у гигантской летучей мыши. Голова — вытянутая, с двумя длинными рогами, загнутыми назад.
И главное — всадник.
Человек в чёрных латах, словно слитых с телом зверя. Лицо скрыто шлемом без прорезей, гладким, как маска. От него веяло такой ледяной злобой, что я невольно стиснул зубы.
— Вот ты какой… — пробормотал я.
Изумрудный рыкнул.
Враг первым пошёл на сближение. Его тварь не махала крыльями — она словно скользила в воздухе, почти беззвучно. Только когда дистанция сократилась, я услышал шипящий свист.
Вспышка.
Мимо нас пронёсся сгусток тёмного пламени. Он не светился, а будто поглощал свет вокруг. Изумрудный резко ушёл в сторону, и я едва не вылетел из седла — если это можно было назвать седлом.
— Вправо! Выше! — крикнул я, но уже понимал: он чувствует манёвр раньше меня.
Мы набрали высоту. Ветер свистел в ушах, глаза слезились. Сердце билось ровно — как перед прыжком с самолёта. Я ощутил знакомую ясность.
Страх ушёл. Осталась задача.
Враг снова атаковал — теперь сверху. Его тварь нырнула, сложив крылья. Я почувствовал, как изумрудный собирается встретить удар.
— Не лоб в лоб! — мысленно рявкнул я.
Мы резко ушли вниз, почти к самой земле. Поля мелькнули под нами, потом лес. Я видел, как чёрный зверь пронёсся выше, не успев скорректировать траекторию.
— Теперь! — сказал я.
Изумрудный взмыл вверх, разворачиваясь под острым углом. Я направил намерение — не словами, а ощущением.
Огонь.
Из его пасти вырвался поток яркого, золотистого пламени. Он ударил в бок вражеского существа, но… не прожёг.
Тёмная кожа лишь вспыхнула алым и тут же погасла.
— Чёрт, — выдохнул я.
Всадник повернул голову в нашу сторону. Я не видел глаз, но чувствовал взгляд.
И вдруг в голове прозвучал голос — не звук, а холодная мысль:
Ещё один проснулся…
Меня будто ударили током. Я стиснул зубы.
— Не дождёшься, — прошептал я.
Враг пошёл в атаку вплотную. Мы сцепились в воздухе. Когти, зубы, рёв — всё смешалось. Я едва удерживался, вцепившись в шипы.
Чёрная тварь вонзила когти в крыло изумрудного. Я почувствовал боль — не свою, его. Она прошла по нервам, как раскалённая проволока.