— Держись! — крикнул я.
И тогда во мне что-то вспыхнуло.
Не просто связь — сила. Та, что я ощутил в зале руин.
Я протянул руку вперёд. Меч сам оказался в ладони. Лезвие засветилось тем же золотистым светом, что и чешуя под моей рукой в первый день.
Я встал на спине дракона, балансируя на ветру.
— Паладин, значит? — прорычал я.
И прыгнул.
Это был безумный поступок. Но я не думал — действовал.
Я приземлился на спину чёрной твари, почти сорвавшись, но успел вонзить меч в основание её шеи. Свет вспыхнул, словно молния.
Существо взвыло — звук был нечеловеческий, рвущий уши. Всадник развернулся ко мне.
Он двигался слишком быстро.
Удар — и я отлетел, потеряв опору. Мир перевернулся. Земля стремительно приближалась.
— Только не так… — мелькнула мысль.
Но изумрудный уже был подо мной. Он поймал меня в воздухе, подставив спину. Я рухнул на чешую, сбив дыхание, но живой.
Чёрная тварь отступала. Из раны на её шее сочилась не кровь, а густой тёмный дым. Всадник удерживал её, но я чувствовал — им больно.
Ты не готов, — прошелестел голос в голове.
— Зато я упрямый, — прошипел я.
Я направил изумрудного в последний рывок. Мы ударили врага плечом в воздухе. Это был не изящный манёвр, а солдатский таран.
Чёрная тварь потеряла равновесие. Крылья её дёрнулись, и она камнем пошла вниз — к лесу за полями.
Мы зависли в воздухе, тяжело дыша.
Я не стал преследовать.
Изумрудный ранен. Я чувствовал слабость в его крыле. И знал — если это ловушка, второй удар мы можем не выдержать.
Мы приземлились у руин. Я сполз на землю и опустился на колени, положив ладонь на повреждённое крыло.
— Терпи, — прошептал я.
Свет снова разлился по ладони. На этот раз не вспышкой, а мягким теплом. Рана не исчезла мгновенно, но кровь — если это была кровь — остановилась. Разорванная перепонка начала медленно стягиваться.
Изумрудный тихо выдохнул, ткнувшись лбом мне в плечо.
— Живы, — сказал я, и только теперь меня тряхнуло.
Адреналин уходил. Руки дрожали. Я сел прямо на камни и уставился в небо.
Враг существует. Он знает о Паладинах. И он не удивлён.
Значит, раньше они уже сталкивались.
Из глубины зала вышли остальные драконы. Бронзовый приблизился, понюхал воздух, фыркнул. Синий тихо заворчал.
Они чувствовали битву.
— Это только разведка, — произнёс я вслух. — Проверяли, есть ли кто живой.
Изумрудный поднял голову.
Я посмотрел в сторону леса, куда упал враг. Над кронами поднималась тонкая струйка тёмного дыма.
Он не погиб.
И вернётся.
Я встал.
— Значит так. Хватит нам прятаться в руинах. Будем восстанавливать замок. Будем тренироваться. И я научусь драться не как десантник с ножом, а как Паладин.
В груди горело — не страхом, а решимостью.
Первая встреча закончилась ничьей.
Но теперь я знал врага в лицо. И он знал меня.
А значит — война началась.
Глава 8
Ночь после первой схватки выдалась тяжёлой. Я почти не спал. Стоило закрыть глаза — и передо мной вставал чёрный всадник, гладкий шлем без прорезей и голос, шуршащий в голове: «Ещё один проснулся…»
Изумрудный лежал рядом у входа в полуразрушенный зал. Его крыло уже не кровоточило, но я чувствовал остаточную боль — тупую, ноющую. Связь между нами стала глубже. Теперь я ощущал его состояние так же ясно, как собственную усталость.
На рассвете я поднялся и, не раздумывая, начал с простого — с быта.
Армия научила меня: если не можешь изменить стратегическую обстановку, начни с порядка вокруг себя. Порядок — это опора.
Первым делом я вернулся к терему на реке. Лодку перетащил повыше и закрепил. В доме разжёг печь — не ради тепла, а чтобы просушить травы, которые набрал в лесу. Подвал я пересмотрел ещё раз и нашёл кое-что интересное — железные скобы, старые кандалы, мотки прочной верёвки и несколько деревянных ящиков с инструментами. Молот, зубила, кирка.
— Вот это уже разговор, — пробормотал я.
Если руины были замком паладинов, значит, там есть не только тронный зал. Должны быть подвалы, склады, казематы… и, возможно, что-то важнее.
К полудню я снова был у развалин. Драконы дремали в тени, но стоило мне приблизиться, как несколько голов поднялись. Бронзовый фыркнул, синий лениво вытянул шею.
— Работать будем, — объявил я, будто они мои новобранцы.
Изумрудный встал первым.
Мы начали с расчистки площадки. Камни я откатывал вручную, более крупные помогал сдвигать дракон — аккуратно поддевая когтями или упираясь плечом. Поначалу я опасался, что остальные могут взбеситься, но они лишь наблюдали. Иногда один из молодых драконов подходил ближе, принюхивался к инструментам.