Если пан Беранек был в состоянии во всем разобраться и сохранить спокойствие (плох тот командир, который, поднимая взвод в атаку, не думает, что на душе у солдат), то Алоис Машин растерялся. Какой-то внутренний инстинкт подсказал ему, что приближается опасность, после того как ее заметил пан Беранек. Но у Алоиса не было за спиной областного комитета, и он был в неведении относительно того, от чего, собственно говоря, зависит их успех или неудача.
— Убей меня дьявол, но мне кажется, что мы идем на похороны! — сказал Алоис и рассмеялся, так как произнесенное им вслух слово «похороны» еще больше его напугало.
Пан Беранек, остановившись, подождал Алоиса и с усмешкой проговорил:
— А вы, уважаемый друг, видимо, думаете, что мы идем на крестины?
Такой ответ пришелся всем по вкусу. Засмеялись все, и вместе с ними смеялся и Алоис. А потом с ухмылкой сказал:
— В сущности вы правы. Но я одного не могу представить: что мы скажем Якубу, когда придем к нему. — И подумал, будет ли вообще этот бирюк дома.
Пан Беранек взял Алоиса под локоть и обернулся ко всей колонне:
— Это дело предоставьте мне. Разговор начну я сам. А затем вы скажете то, что вам покажется нужным и подходящим.
Когда они вступили на перекинутый через речку мостик, дорога через который вела к усадьбе Якуба, они увидели, что на площади остановилась голубая машина и из нее вышел человек в темных очках.
— Пресвятая богородица! Да ведь это Ярослав! — крикнул Алоис и замахал сыну рукой. Вся процессия остановилась, ожидая редактора Машина.
Ярослав озадаченно смотрел на кучку людей. Хотя он вчера и слышал, о чем говорил отец по телефону с паном Беранеком, тем не менее его удивило такое количество собравшихся. Узнав среди них уполномоченного пана Гавличека, Ярослав с отвращением сплюнул и махнул отцу в ответ рукой.
Не успел он закрыть дверцу машины, как рядом остановилась еще одна машина, и из нее сначала вышел юноша, увешанный микрофонами, а за ним… звукотехник Маршалек и редактор Фулин! Увидев Ярослава, Фулин со спокойной улыбкой сказал:
— Смотрите-ка! Ты мог бы и с нами поехать.
Ярослава взяла злость:
— У меня нет в кармане блокнота с адресами.
Фулин ответил, кивнув в его сторону:
— Его и у меня нет. Все начнется позже. Сегодня просто идет эксперимент.
Ярослав подумал, известно ли о поездке директору студии, но решил махнуть на это рукой. Теперь это уже не имело значения.
Все мысли, размышления, впечатления и настроения сразу же растаяли как туман. Командир, не говоря ни слова, уехал. По привычке, отработанной за многие годы, Вацлав быстро стал одеваться. Сирены еще ничего не значат. Они попросту извещают, что по другую сторону границы в установленной зоне безопасности появился самолет. Такое бывает часто. В большинстве таких случаев через несколько минут дается отбой. Но при одевании об этом не следует думать. В положенное время Вацлав был готов. Майор Носек стоял перед приборами и спокойно следил за сигналами. Вацлав побежал к самолету, а майор Носек стал одеваться.
Весь полк знал, что самолет приближается к границе.
Вацлав произвел внешний осмотр машины, на что ему хватило шести секунд, и взобрался по железной лесенке в кабину. В последующие минуты летчик и самолет приготовились к старту. Такое бывает несколько раз в неделю, и, как правило, светлая точка на экране возле границы поворачивает назад. После этого следует отбой тревоги.
Повернет или не повернет на этот раз? Вот что волнует Вацлава, но он гонит мысль об этом прочь. Надо проверить все, что положено, внимательно следить за каждым словом в наушниках и запоминать их. Прежде всего следить за местоположением и направлением полета самолета и сразу же определять возможные варианты встречи, атаки, маневрирования. Для военного летчика мира не существует. Он отдыхает только в паузах.
Светлая точка на радаре безостановочно пересекла воображаемую линию границы. Раздалась команда, и Вацлав вырулил на старт. После взлета самолет взял курс на Железну Руду. Там он окажется раньше, чем опомнятся непрошеные гости. Приходит информация, что летят они необычно медленно, но в пределах возможностей реактивного самолета. Поступают доклады от пограничников. Самолет опознан, вызывает удивление отсутствие у него какого-либо стремления скрыть свой маневр. Неясно, провокация это или экипаж выполняет «обычное полетное задание.