Связь Каспийского моря с Черным не прекращалась и в более позднее, чем карангат, время.
Максимальные уровни и размеры каспийских трансгрессий в среднем и позднем плейстоцене определялись не только климатическими, но и тектоническими причинами. Стоку избыточных вод в Каспийском бассейне препятствовали поднятия в районе Зунда-Толгинского порога на Маныче. По указанию Г.И. Попова (1977, с. 165), размах тектонических движений здесь достигал не менее 60–70 м.
Раннехвалынская трансгрессия Каспийского моря (см. рис. 2), как и предыдущие, возникла в результате климатических причин. Среди пресноводных моллюсков получили широкое распространение стагнофилы, свидетельствующие, по мнению Г.И. Попова, о прохладном и даже холодном климате. Внутрихвалынская регрессия с отметок +50 м (ранняя хвалынь) до +20, +25 м была вызвана скорее всего мощным стоком каспийских вод и глубокой (до 40–50 м) эрозией в долине Манычского реки-пролива.
Новоэвксинский и позднехвалынский бассейны уже не сообщались между собой.
Для стратиграфии палеолита огромное значение имеет определение возраста раннехвалынской трансгрессии, поскольку ее отложения перекрывают ательские суглинки, в низах которых в ископаемой почве залегает культурный слой мустьерского поселения Сухая Мечетка близ г. Волгограда. Но об этом речь пойдет ниже при обсуждении вопроса о геологическом возрасте мустьерских памятников.
Надежные палеогеографические реконструкции для Кавказа, Памира, Саян и других гор крайне затруднены из-за того, что их вздымание существенно обусловливает неполноту геологической летописи. Каждая последующая эрозия часто полностью или почти полностью уничтожала древние аллювиальные толщи.
Тем не менее, для Кавказа удается наметить определенную последовательность геологических событий, которые можно сопоставить через ряд прямых и косвенных данных с общегеологическими и палеогеографическими процессами на равнинных территориях (Кожевников А.В., Милановский Е.Е., Саядян Ю.В., 1977, с. 4).
Палеомагнитные исследования, проведенные на Кавказе, и использование других методов датирования позволило в общих чертах наметить геохронологическую шкалу и для этого региона (Зубаков В.А., Кучегура В.И. и др., 1974). В самом общем плане по ней можно констатировать, что «холодные» горизонты соответствуют оледенениям и похолоданиям так же, как и на Русской равнине. В основу этой схемы, следовательно, также могут быть положены климато-стратиграфические принципы.
Более благоприятные условия для разработки геологической истории Кавказа в антропогене имеются в Рионской впадине в Причерноморье и в Куринской впадине в Прикаспии.
Большое значение для понимания истории Кавказа имеет изучение молассов предгорных и горных прогибов. Они включают в себя разнофациальные аллювиальные серии, переходящие в прибрежно-лиманные осадки, расчлененные на разных стратиграфических уровнях морскими слоями. Это позволяет увязывать горные отложения непосредственно с историей морей. Такую же роль играет изучение и речных террас с их валунно-галечными, песчано-галечными аллювиальными свитами разных мощностей (Горецкий Г.И., 1962). Подошва аллювиальных свит чаще всего относительно ровная, нередко имеет сравнительно узкие переуглубления, заполненные аллювием. В ряде разрезов в этих аллювиальных комплексах обнаружены спорово-пыльцевые спектры, характеризующие межледниковые условия горных участков.
Не менее важным в истории Кавказа является изучение последовательности вулканических толщ. Установление соотношения вулканических осадков и ледниковых толщ позволит более надежно судить об относительном, а иногда и абсолютном возрасте ледниковых комплексов.
В силу большой разницы высотных отметок на Кавказе были, по-видимому, всегда благоприятные условия для существования человека. Во время оледенения происходило смещение ландшафтных зон по вертикали, и эти колебания были порой довольно значительными (Любин В.П., 1970, 1977, Любин В.П., Левковская Г.М. и др., 1978). В такие периоды занятые ранее площади обитания сокращались, и первобытные обитатели гор спускались в долины, где условия сохранялись более благоприятными. К сожалению, на Кавказе большинство памятников открытого типа разрушены. Непотревоженные слои сохранились лишь в Ильской стоянке, в Цони и в недавно выявленной мустьерской стоянке в Борисовском ущелье на Северном Кавказе. В.П. Любин, осуществивший на Кавказе значительные исследования по раннему палеолиту, довольно убедительно показал, что в теплые межледниковые периоды происходило освоение новых участков Кавказа, вплоть до высокогорья (Любин В.П., 1974), в то время как при неблагоприятных условиях обжитые площади сокращались.