Рис. 102. Искусство виллендорфско-костенковской культуры по памятникам Русской равнины. По З.А. Абрамовой.
1–4, 6, 10–13 — Костенки 1; 5 — Гагарино; 7 — Авдеево.
Рис. 103. Искусство мезинской культуры. Мезинская стоянка. По З.А. Абрамовой.
1–6 — стилизованные изображения женщин; 7 — браслет; 8 — браслет (развертка); 9-11 — кости мамонта, орнаментированные охрой.
Рис. 104. Произведения искусства и украшения из разнокультурных стоянок Костенковско-Борщевского района, относящихся к средней поре позднего палеолита.
1–8 — Костенки 4, верхний слой; 9 — Костенки 11, слой II; 10–13 — Костенки 2; 14–22 — Костенки 1, слой III.
Среди сюжетных изображений отметим прежде всего скульптурные зооморфные изделия, как бы продолжающие собой тему, определившуюся еще в предшествующий период. К их числу относятся небольшие стилизованные схематические фигурки из мергеля, изображающие, как правило, мамонта, реже — носорога. Они близки по стилю, но встречаются в разнокультурных памятниках: в верхнем слое Костенок 1 (рис. 102, 1, 2), во II слое Костенок 11, в верхнем слое Костенок 4 (рис. 104, 2, 3, 9; 105). Наряду с ними в верхнем слое Костенок 1 найдены достаточно реалистические изображения голов пещерного льва (рис. 102, 3) и медведя, а во II слое Костенок 11 — волка. Имеются и гравированные изображения животных на бивне мамонта: в верхнем слое Костенок 1 и на Тимоновской стоянке (Ефименко П.П., 1958, с. 408; Грехова Л.В., 1977, с. 90). В обоих случаях изображен какой-то рогатый зверь, возможно, олень или козел. Третья гравюра — из нижнего слоя Костенок 21 — выполнена на песчаниковом плоско-выпуклом диске. Морда этого зверя сохранилась плохо, но по моделировке туловища и ног в нем можно предполагать изображение носорога. По сравнению с известными зооморфными изображениями ранней поры позднего палеолита Русской равнины раннеосташковские фигурки меняются как по стилю исполнения, так и по содержанию. Вместо плоской, контурной передачи образа появилось объемное изображение, наряду со стилизованными фигурками имеются головки, передающие зверя реалистично, детально (особенно в этом отношении примечательна миниатюрная головка львицы из верхнего слоя Костенок 1). В этот период уже нет изображения лошади; свыше половины всех зооморфных фигурок принадлежит мамонту. Это согласуется с изменением основного объекта охоты, прослеживающимся в раннеосташковское время во многих археологических культурах, с исключительной ролью, которую в это время мамонт играл в жизни оседлых охотников Восточной Европы.
Рис. 105. Мергелевые изображения мамонтов из Костенок 11, слой II и реконструкция кроманьонца из погребения на Костенках 2, выполненная М.М. Герасимовым.
В раннеосташковское время на территории Русской равнины впервые появляются антропоморфные изображения. Когда речь заходит об изображениях человека в палеолитическом искусстве, в первую очередь невольно вспоминаются знаменитые женские статуэтки, воспроизводящие обнаженных женщин, выполненные из мергеля или бивня мамонта, встречающиеся на территории Восточной Европы почти исключительно в памятниках виллендорфско-костенковской культуры (Костенки 1, верхний слой, Костенки 13, Авдеево, Гагарино, Хотылево 2). В советской литературе эти изображения описаны достаточно подробно; нет недостатка и в гипотезах, пытающихся объяснить значение этого образа. Читателя, желающего подробно разобраться в этом вопросе, мы отсылаем к соответствующей литературе, в первую очередь — к двум монографиям З.А. Абрамовой (1962, 1966). Здесь же кратко остановимся на некоторых характерных чертах самих статуэток и условий их нахождения, важных, с нашей точки зрения, для их интерпретации.