Ныне список уточняется следующим образом: лошадь (Equus cf. przewalski P.) — 50 %, плейстоценовый осел (Equus hydruntinus R.) — 17,6 %, кулан (Equus hemionus P.) — 0,2 %, первобытный тур (Bos primigenius В.) — 14,5 %, верблюд Кноблоха (Camelus knoblochi P.) — 4,2 %, бухарский олень (Cervus elaphus bactrianus L.) — 3,3 %, степной баран (Ovis areal E.) — 9,3 %, джейран (Gazella subgutturosa G.) — 0,1 %. Дополнен список по незначительному количеству остатков слоном или носорогом (Mammutus? auf Rhinoceros?) — 0,5 % (животное представлено лишь толстостенными фрагментами трубчатых костей, по которым, однако, установлено наличие двух особей), кабаном (Sus scrofa L.) — 0,1 % и волком (Canis lupus L.) — 0,2 %. В целом фауна свидетельствует о полупустынном и степном окружении стоянки, наличие костей оленя и кабана указывает на увлажненные участки в долинах рек с тугайной растительностью.
Чрезвычайно важны антропологические находки, сделанные на стоянке. В 1962 г. обнаружены зуб, фрагмент плечевой кости и часть нижней челюсти с 9 зубами, принадлежавшей, по определению В.В. Гинзбурга, женщине кроманьонского типа лет 25. Открытая в 1966 г. целая нижняя челюсть с 10 хорошо сохранившимися зубами, по предварительному определению В.Я. Зезенковой, близка к первой челюсти и принадлежала женщине лет 35. Позже эта челюсть была определена как мужская (Гинзбург В.В., Гохман И.И., 1974). Были сделаны и другие находки костных остатков человека, но, по мнению С.А. Несмеянова, ни одна из них, включая и упомянутые, не отличается безупречным непотревоженным залеганием в палеолитических слоях (Несмеянов С.А., 1980, с. 43).
Подавляющее большинство каменного инвентаря изготовлено из кремня, встречаются также халцедон, диорит и кварц, имеются единичные предметы из кварцита и кремнистого сланца.
По подсчетам Д.Н. Лева, наибольшее число находок происходит из верхнего культурного слоя, причем заметное преобладание в составе инвентаря отщепов и осколков свидетельствует о наличии здесь первичной обработки камня. Широко представлены также целые и расколотые желваки кремня, гальки, нуклеусы, отбойники, наковальни, отжимники-ретушеры. Г.Ф. Коробковой были изучены под бинокуляром материалы раскопок 1958–1960 гг. С помощью этих данных, публикаций, а также личного кратковременного знакомства с коллекциями можно представить характерные особенности инвентаря следующим образом.
В качестве нуклеусов нередко употреблялись речные гальки, чаще всего расколотые пополам. Наиболее распространены подготовленные одно- и двуплощадочные нуклеусы небольших размеров. Значительно реже встречаются конусовидные и торцовые нуклеусы (рис. 124, 18, 22, 23). Отмечается наличие дисковидных форм. Как нуклеусы могли использоваться также чопперы и чоппинги.
Рис. 124. Самаркандская стоянка. Каменный инвентарь. По Д.Н. Леву и Г.Ф. Коробковой.
1, 2 — долотовидные орудия; 3–5, 8, 11, 19 — пластины и отщепы с ретушью; 6 — проколка; 7, 17 — скребла; 9, 10, 12–16 — скребки; 18, 22, 23 — нуклеусы; 20 — многофасеточный резец; 21 — чоппер.
Типология орудий достаточно разнообразна. Г.Ф. Коробкова замечает, что большинство орудий изготовлено из массивных и мелких отщепов, часть — из пластин, часть — из галек. Однако ее утверждению, что в инвентаре почти совершенно отсутствуют пластины правильной призматической формы и микропластинки, противоречат сами орудия: здесь представлены призматические пластины или пластинки с ретушью по одному или двум краям (рис. 124, 3, 8, 11, 19), а также изготовленные из пластин и пластинок концевые скребки (рис. 124, 12), острия, единичные и маловыразительные резцы.