В 1971–1972 гг. на самом высоком ярусе Цуцхватской пещерной системы раскапывалась небольшая Верхняя пещера, имевшая, как полагают грузинские исследователи, культовое назначение: вход в пещеру был отчасти заложен небольшими глыбами сухой кладки; в отложениях ее, вдоль стен, были уложены в определенном порядке черепа и кости конечностей пещерных медведей; другие культурные остатки представлены здесь лишь небольшим количеством (14 экз.) каменных изделий (скребла, пластины, отщепы, выемчатые формы), приносившимися сюда только для совершения ритуальных обрядов, связанных с жертвоприношением (Векуа А.К., Тушабрамишвили Д.М., 1978). Весьма ответственные выводы о культовом назначении Верхней пещеры требуют такой же строгой и полной документации, а также демонстрации находок и вновь вскрываемых участков более широкому кругу специалистов.
При всей критичности подхода к материалам о существовании культа медведя в мустье Кавказа в них, по всей видимости, имеется определенная доля вероятности, которая со временем, возможно, проявится более отчетливо и утвердится в науке. Научную ценность истинных сведений переоценить будет трудно: они прольют свет на формирование сознания и мировоззрения древнейших обитателей Кавказа.
Рассмотрение вопросов социально-экономической организации ашельского и мустьерского общества, судя по имеющимся материалам, должно, как представляется, исходить из принципа этносоциальной значимости каменного инвентаря: облик каменных орудий в каждом человеческом коллективе определялся в первую очередь опытом многих поколений, местными традициями, представлением о том, что эффективность орудий, их «способности», т. е., следовательно, и благополучие человека неразрывно связаны прежде всего с формой этих орудий. Комплексы орудий являются поэтому этноспецифичными, аккумулировавшими в себе важную этносоциальную информацию, свидетельством того, что носители каждой из культур образуют определенное этническое единство (Любин В.П., 1977а).
Применение этого принципа позволило выделить в нижнем палеолите Кавказа (в настоящее время в основном в мустье) узколокальные группировки однокультурных памятников типа археологических культур. Каждая из таких группировок — явление территориальное, хронологическое и генетическое, т. е. относится к одному времени, сосредоточено на одной небольшой территории, отличается хорошо выраженными местными особенностями и преемственностью в развитии каменных индустрий. В составе каждой такой группировки имеются памятники различного типа (долговременные базовые стойбища, охотничьи лагеря). Разнотипные памятники, по всей видимости, являются фиксатором различных проявлений социально-экономической жизни палеолитических людей, свидетельством их многообразных занятий на этих стойбищах и вне этих стойбищ, показателем целенаправленной социальной деятельности отдельных частей человеческого коллектива (охотничьи экспедиции, собирание растительной пищи, походы за сырьем) в интересах всего коллектива.
В узколокальных группировках родственных индустрий проступают контуры таких общественных явлений, как форма объединения труда (каждая группировка — коллектив, прочно спаянный постоянным совместным трудом на основе общей собственности на охотничье собирательские территории и средства труда) и форма его социальной регламентации (половозрастное или естественное разделение труда, ведущее — на примере охотничьих лагерей и мастерских-к ранней форме групповой специализации).