— Но я ее люблю! Я обожаю Айрин!
Лориан рассмеялась над его непоследовательностью.
— Ну, Дэвид, имей же совесть. Ты мне ясно сказал, что не намерен жениться, ни на ней, ни на мне — и вообще пока ни на ком. Она ведь не старая дева в летах, которая сходит по тебе с ума. Она юная девушка, очень хорошенькая, и у нее полно кавалеров и поклонников. Ты же не можешь уделять ей время, только когда тебе это удобно или когда тебе нужно наладить деловые отношения с ее отцом.
— Что ты наговорила Айрин? Я не хочу, чтобы ее отец сейчас отказался от своего обещания — во всяком случае, пока он мне нужен.
— Я не имею на Айрин влияния. У нее есть свое мнение.
— Вы наверняка сплетничали с ней, и теперь обе постараетесь наделать мне неприятностей.
— Никто из нас не в силах причинить тебе никаких неприятностей, Дэвид. Ты же не думаешь, что Айрин говорит с отцом о делах или как-то влияет на его решения? Она, конечно, для него самое дорогое сокровище, но состояние он нажил не благодаря ее советам.
Дэвид бросился в кресло.
— Может, ты и права. Но на данный момент ситуация сложилась очень непростая.
— Тогда не делай сейчас резких движений. Отношения между нами не улучшатся, если ты начнешь рвать и метать из-за моего отъезда. Завтра я принесу тебе твои бумаги. Где мне оставить пишущую машинку?
— Выброси ее в море! — гаркнул он.
— Знаешь, не забывай, что некоторые люди могут понять тебя буквально и сделать именно то, что ты просишь, если у них достанет на это сил.
Он поднял глаза и криво ухмыльнулся, уже несколько пристыженно:
— Прости, что вышел из себя. Понимаешь, обидно, что это именно Рикардо. Если бы не он, я бы так не возмущался. Ты же понимаешь, как много ты для меня значишь, Лориан. Поверь, я говорю искренне.
— Конечно, искренне — по крайней мере, сейчас. А завтра в полдень ты будешь говорить то же самое какой-нибудь красавице.
Он негромко рассмеялся.
— Мне пора ехать, Дэвид, — сказала она, вставая с кресла. — Не хочу помять свое новое платье.
Он внимательно присмотрелся к ее новому наряду.
— М-м… Вот это да, платье что надо. И стоит, наверное, круглую сумму, могу поспорить. Неужели Рикардо уже начал дарить тебе платья?
— Разумеется, нет! Мы вчера купили его вместе с Айрин, когда ходили по магазинам. — Она решила, что нет никакой необходимости сообщать ему, что она еще не расплатилась за платье.
Он взял ее за плечи и пристально посмотрел ей в лицо.
— Ты его надела, потому что будешь ужинать там…
— Опять ошибся. Я буду ужинать в ресторане отеля «Тамара»… Когда ты, наконец, меня отпустишь? Даже по испанским меркам я уже опаздываю на ужин.
— Верно, — согласился он. — Я пойду с тобой.
В ресторане отеля почти все посетители либо разошлись, либо заканчивали ужинать.
После ужина молодые люди немного посидели на террасе. Затем Дэвид проводил ее к ней в номер, но перед тем, как открыть дверь, он вдруг обнял ее и стал покрывать ее лицо и шею поцелуями.
— Лориан, я очень, очень к тебе привязался. Я тебя полюбил, — шептал он.
— Нет, — спокойно сказала она, отстраняясь. — Это тебе кажется, или ты просто испытываешь ко мне симпатию. Но это не любовь.
— Не говори так уверенно. Мне лучше знать.
— Тогда скажи мне то же самое через полгода. Тогда я тебе, может быть, поверю. Но знай, Дэвид, что я не могу обещать тебе взаимности.
— Конечно, из-за Рикардо.
— Нет, не из-за Рикардо и не из-за кого другого. Пока я не встретила своего мужчину. Но куда мне торопиться? Мне только двадцать один год.
Прощаясь, она вскользь поцеловала его в щеку.
— Спокойной ночи, Дэвид. Ты мне очень нравишься, но мы не созданы друг для друга.
После того как он ушел, она еще долго сидела на стуле и смотрела на себя в зеркало. Неужели Дэвид оказался дальновиднее, чем она? Значение решения, которое она приняла сегодня вечером, постепенно стало доходить до нее — она пошла на очень рискованный шаг. Сможет ли она выдержать постоянное присутствие дона Рикардо в доме и при этом не позволить небольшой симпатии развиться в бушующий пожар чувств, который потом уже никто не сможет потушить? Ей вовсе не хотелось уподобиться Айрин, питавшей безнадежную страсть к Дэвиду.
Глава 7
Упаковав свои вещи и сообщив носильщику отеля, что она готова ехать, Лориан решила посидеть некоторое время на террасе отеля.
Она послала Дэвиду записку, в которой спрашивала, где ей оставить его пишущую машинку и бумаги, и около полудня он подошел к тому столику на террасе, у которого она сидела.