— А кто этот деловой партнер? — шепнула Мариана.
Лориан покачала головой:
— Понятия не имею.
— Наверное, старик какой-нибудь, и они всю дорогу будут говорить о делах.
Когда Рикардо заехал на стоянку отеля «Тамара», девушки удивились, увидев Карло, который подошел к машине, и поразились еще больше, когда он сел на переднее сиденье.
Мариана взвизгнула от радости:
— Разве Карло твой деловой партнер? — Она постучала Рикардо по плечу. — Пожалуйста, останови машину, пусть Карло пересядет ко мне. А Лориан будет сидеть рядом с тобой впереди.
Рикардо захохотал:
— Ты что, уже забыла про правила и хочешь смертельно обидеть Софию? Нам с Карло надо поговорить по делу. А вы с Лориан можете пока поболтать друг с дружкой.
Мариана была в таком восторге, что не стала перечить решению брата, но Лориан не могла понять, как это в Рикардо произошла такая крутая перемена. Возможно, он начал постепенно склоняться к мнению, что брак Карло с его сестрой не так уж невозможен или что, во всяком случае, Мариану нет смысла разлучать с человеком, которого она сама выбрала?
Через два часа езды Рикардо заявил, что ему нужно поехать на одну из банановых плантаций Феррано.
— Да ну, бананы! — с отвращением воскликнула Мариана.
— Бананы дают нам доход, и кстати, тебя тоже обеспечивают красивыми платьями, — напомнил он ей. — И потом, я думаю, Лориан пока не была на настоящей плантации.
— Правда, — согласилась она. — Мне очень хочется посмотреть, как на самом деле растут бананы.
Пока Мариана и Карло ворковали между собой, Рикардо вел Лориан по рощицам между банановыми деревьями, показывая ей, как некоторые деревья еще стоят в цвету, на других появились крошечные плоды, а на некоторых были уже целые гроздья спелых фруктов, готовых к сбору.
— Бананы не то что яблони или сливы, которые плодоносят каждый год, — рассказывал он. — Они дают плоды только один раз. Потом дерево срубают под корень, и из него вырастает новое дерево, чтобы в свою очередь принести плоды.
Лориан была очарована красивой формой гигантских листьев, словно плиссированная юбочка отходящих от главного стебля, и огромными коническими цветами, с несколькими ярусами лепестков вокруг центрального пестика с ярко-розовым наконечником.
Когда они снова тронулись в путь, Мариана и Карло уже устроились на заднем сиденье. Они сидели на расстоянии друг от друга с видом притворной скромности, чтобы Рикардо не стал бранить их за то, что они сидят слишком близко.
Рикардо взглянул на Карло, который ответил ему ничего не выражающим взглядом, и усмехнулся.
— Вам лучше сесть со мной впереди, — обратился он к Лориан. — Тогда мне не придется каждый раз выкручивать себе шею, чтобы показать вам какое-нибудь интересное место.
Они захватили с собой еду для пикника, и Рикардо остановил машину возле дороги, которая вела на северо-западную оконечность острова. Вид был чрезвычайно живописный: море и гигантские скалы с одной стороны, а с другой — покрытый снегом пик Тьеде. Лориан привыкла на пикниках есть незамысловатую пищу, и ее удивило и рассмешило количество и разнообразие снеди, которую, видимо, прислуга виллы Феррано посчитала достойным положить в дорогу дону Рикардо и его гостям.
После обеда они оставили машину у дороги и спустились на берег.
— Сверху не так хорошо видны прибрежные скалы, — объяснил Рикардо.
Лориан разглядывала огромные скалы, сложенные из разноцветных пород, которые шли горизонтальными слоями. Мариана и Карло отошли от них на некоторое расстояние, но оставались в поле зрения. Рикардо и Лориан посидели немного на большом плоском камне.
— Здесь, на острове, есть столько мест, которые мне хочется вам показать, — вдруг сказал Рикардо. Он как раз прикуривал сигару, и она не видела выражения его лица.
— Надеюсь, я успею их все посмотреть, пока я здесь…
Он прилег на камень, опираясь на локоть.
— А вы твердо решили отправиться путешествовать дальше?
— Да, я должна, — тихо проговорила она. Чем дольше она будет здесь оставаться, тем труднее ей будет потом расстаться с виллой Феррано и с доном Рикардо, человеком, чье легчайшее прикосновение зажигало в ней пламя, с человеком, который одной своей прихотью заставил ее остаться на Тенерифе, в то время как она готова была при первой же возможности уехать домой, чтобы потом жалеть о своем трусливом бегстве.
— Почему?
Она посмотрела на расстилающееся перед ними сине-зеленое море, переливающееся солнечными бликами.
— Так… охота к перемене мест. Страсть к путешествиям. Я просто хочу посмотреть мир.