Когда я звонил в дверь, мама уже обувалась в прихожей, я слышал голоса с лестничной площадки.
– Здравствуйте, Зоя Владимировна.
– Здравствуй, Миша! Какой ты высокий! Давно тебя не выдела. Вы с Сережей-то общаетесь? Он такой занятой, и не спросишь ведь ничего!
– Ой, и не говори! – поддержала мама. – У них ничего нельзя спросить…
Мне пришлось вмешаться, иначе разговор грозил затянуться.
– Зоя Владимировна, а вы не подскажете, где живет… хм, баба Фрося.
– Кто?
– Ты опять про нее спрашиваешь? – удивилась мама.
О нет, только не это… Последняя ниточка сейчас оборвется. Ну почему, почему никто из вас ее не помнит, когда она мне нужна?
– Местная сумасшедшая, – скривившись, уточнил я. Почему-то не хотелось называть ее так, хотя еще дней пять назад проблем бы с этим у меня не возникло. – Вы с ней говорили по поводу палитроников и… бесов в них.
– Ах, эта! Точно! Она ж Ефросинья, как я могла забыть?
«Происки демонов, надо полагать. Они специально делают так, чтобы я не смог ее найти».
– Так где она живет, вы случайно не знаете?
– Знаю, как же! В нашем доме, только во втором подъезде. А квартиру не вспомню. На первом этаже вроде бы. Там спросишь у соседей. А зачем она тебе?
– Собираюсь с ней делать интервью, – сказал я первое, что пришло в голову. – Мама, ты идешь?
– Да, конечно. А зачем делать интервью с сумасшедшей? – уже на улице спросила она.
– Не знаю, у Степаныча завихрения какие-то, у него и спрашивай. Мы ездили к создателям программы, и он хочет на контрасте выдать историю простых людей, которые ни бум-бум в технологиях и будут говорить про всякую чертовщину. Ему кажется, что это забавно.
Выдавая этот бред, который неожиданно целиком и полностью удовлетворил мою маму, я думал над тем, стоило ли мне сказать Зое Владимировне правду про ее сына. Хотя правду-то я и не знаю сам. Хорош же я буду, если объявлю, что ее сын погиб от руки полоумного фанатика, который ему еще и глаза проткнул, а потом окажется, что это реально подстава, и все коллеги живы. Просто их бесы заставили меня разыграть.
«Но они же не устанавливали себе палитроник! Откуда в них бесы?»
Вот для этого и нужна баба Фрося. Пусть объяснит мне все до конца. Я понимаю, что в алкашах, наркоманах и прочих гопниках живут бесы или черти. В это легко поверить. В жадных начальниках, чиновниках, криминальных авторитетах живут жирные бесы и демоны. В это тоже. Но почему в обычных людях? Коллеги были абсолютно нормальными!
«Ага, а как они смотрели на меня в тот раз? Видимо, бес взял верх в ту минуту. Они не отдавали себя отчета в том, что делают. Как и секретарша Люся, говорящая о четырнадцати любовниках. Возможно, это даже неправда. Просто нужно было мне напомнить, сколько у меня осталось дней».
– Ты такой задумчивый. Все в порядке?
Оглядевшись, я удивился: оказывается, мы уже в квартире. Я шел на автопилоте. Может, во мне тоже бесы?
– Да, просто о работе думаю.
– Это связано с командировкой? Опять на тебя все повесят? Когда ты уже получишь повышение?
– Скоро. – Услышав себя со стороны, я вздрогнул. «Скоро». Никогда больше не буду произносить это слово.
– Хорошо. Я даже не звонила тебе, когда ты был в Палитре. А то ты вечно ругаешься, что я тебя отвлекаю. Я думала, что тебя там повышают как раз!
– Зачем меня должны повышать там? Я работаю в Быловременье, мама. В бумажной прессе, там таких нет. – И я тут же вспомнил, что и здесь теперь вряд ли будет…
– Но там же больше платят, дурачок!
Я начал закипать. Нужно срочно отослать маму, а то я ей нагрублю.
– Ма, ты хотела приготовить ужин.
– Ах, да-да!
Родительница, как сказал бы палитроник, скрылась на кухне, а я присел, чтобы отдохнуть, но не мог находиться на одном месте. Встав, начал наворачивать круги по комнате. Я должен переговорить с бабой Фросей!
– Ма, я пойду квас куплю!
– Хорошо! – донеслось с кухни.
Я почти бегом вернулся к тому самому дому. Серегина мама живет в первом подъезде, а мне нужен второй. На первом этаже всего две квартиры, остальное место занимает какой-то офис. Я позвонил в обе. Никто не открыл.