- Да… - отклонила голову в сторону. - У меня на завтра приём, я спрошу.
- Спроси, - тихо сказал он.
Не помогло. Он придвинулся ещё ближе.
- У меня… очень хороший доктор… - сконцентрировалась она на своей мысли, а не на том, что он снова легонько поцеловал её. - Она обязательно скажет… что нужно сделать.
Она заметила, что яростно сжала край столешницы. Разжала руки и положила раскрытые ладони на стол.
- Я пойду с тобой, а Билли отвезёт нас. Только скажи, к которому часу, - заговаривал.
Тёплое дыхание у уха. Хотелось зажмуриться и запищать. Мурашки поползли по коже.
- Нет. Не надо со мной, - запротестовала она.
- Почему?
- Мне кажется… это лишнее, - неуверенно ответила она.
- Ты правильно сказала. Тебе кажется. Не волнуйся, я не буду заходить в кабинет, просто подожду тебя, - вкрадчиво пообещал он.
- Ну, тогда хорошо… - она согласилась. Может тогда он оставит её в покое. – Хорошо. Только дай мне допечь этот чёртов пирог, иначе я сейчас выброшу всё в мусорное ведро! - раздражённо пригрозила она.
Испытала облегчение, когда он отступил. И замечательно, что вообще оставил её на кухне в одиночестве.
- Это что? – спросил он, глядя на стол.
И стол, надо сказать, аккуратно и красиво сервированный: салфеточки, столовые приборы, тарелки, блюдо с тем самым клубничным пирогом, бокалы под воду и сок…
Но не это привлекло его внимание.
Эва лучезарно улыбнулась.
- Это овсяная каша, - она села на своё место и взялась за ложку. – Ешь, а потом я налью чай. Я заварила свежий. Надеюсь, пирог тебе понравится.
- Спасибо, дорогая. Ты так обо мне заботишься, - он мило улыбнулся и сел за стол. Поковырялся ложкой в тарелке, но потом начал есть. И даже не возмущаясь. – Не хотел показаться очень навязчивым и просить тебя сварить мне кашку. Но ты угадала. Это самое полезное, что может быть в моём теперешнем состоянии.
Эва проглотила ложечку каши, наблюдая, как он с видимым аппетитом поглощает содержимое своей тарелки и, не зная, испытывать ли ей радость от того, что угодила или разочарование.
- Пожалуйста, милый, - через время проговорила она. – Болеть – это очень плохо. Если моя кашка поможет тебе поправиться, то я буду просто счастлива, - ласково и с язвинкой.
- Нет ничего важнее для меня, чем твоё счастье, - он усмехнулся.
Каша, собственно, была вкусной. И за время своего реабилитационного периода он привык есть это варево. И если Эва хотела досадить, то она очень не угадала.
- Может быть ещё? – обходительно спросила она, когда он отставил тарелку.
- Нет, - последовал категоричный ответ.
Эва поставила перед ним чашку чая и блюдце и положила пирог.
- Два.
- Хорошо, два, – сама вежливость. Она положила ему ещё кусочек. И себе тоже налила чай.
- А ты будешь? – он кивнул на блюдо с пирогом.
- Не знаю, стоит ли… Но мне хочется… - она сморщила носик.
- Ну, значит ешь. Теперь уже какая разница. Завтра спросим у доктора, что делать.
- В общем-то, ты прав, - она махнула рукой и поднялась, чтобы достать себе блюдце.
- Эви, это очень вкусно, - он откинулся на стуле с чашкой в руке. Расслабленный и довольный. – Спасибо большое. Ты просто потрясла мои вкусовые рецепторы, - он отпил чай.
- Я рада, - искренне сказала она, принимаясь за свой кусок десерта.
- Правда, - кивнул он. – Это было именно то, чего мне так не хватало. Ну, почти…
Она не стала обращать внимания на последние слова. Но, кажется, что ей теперь во всём чудится сексуальный подтекст.
- Ты бы ударил его? – вдруг спросила она. Эти слова давно так и крутились у неё на языке. Хотела спросить и не удержалась.
- Ты о чём? Кого его? – спокойно спросил он. И с виду ничуть не волновался.
- Его. Ты знаешь, о чём я.
- Нет, - он поставил чашку на стол.
- Нет? А мне показалось, что ты хотел его ударить, - сказав это она подумала, что зря продолжает. Второй раз падать в обморок после его ора не хотелось. Кажется, он начал злиться.
- Нет, я не собирался бить его. Я хотел разбить витрину об его голову. Выкинуть его в окно. Но бить его я не собирался, - разговор не доставлял удовольствия, но эти слова он произнёс с ним же.
- Ужас… - проговорила она глядя в свою чашку с чаем, а не на Яна. Отпила и отделила ложечкой ещё один кусочек пирога.
- Ага… скажу тебе больше. Я даже подумал, принимают ли в этом кафе кредитки, если у меня в бумажнике не хватит наличных, чтобы расплатиться за нанесённый ущерб. Так, что можно сказать, что ты у нас прям миротворец. Грудью встала на защиту…
- Хватит! – резко сказала она. Он уже завёлся. Расслабленность, как рукой сняло.
- Что хватит? Ты спросила – я ответил, - без агрессии, но напряжённо и даже враждебно.
- Ответил и хватит. Мне неприятен этот разговор.
- Мне тоже много чего ой как неприятно, Эва…
- Да? Ну надо же… Разве это тебя использовали и бросили как ненужную вещь?
Она задохнулась от его взгляда. Он ничего не сказал, только посмотрел. Она пожалела о своих словах. Несмотря ни на что, она пожалела об этом. Прямая и преднамеренная язвительность была не в её духе. Стало неуютно и неловко. Погано.
- И кстати, я забыла позвонить ему и сказать, что со мной всё в порядке. А обещала… - она поднялась и пошла на кухню. На одном из столов лежал её телефон. Она взяла его в руки, но набрать номер так и не успела. Зря надеялась, что он так и останется сидеть в столовой за чашкой чая. Он последовал за ней, забрал телефон и нажал несколько кнопок.
- Надеюсь, что ты не помнишь его номер наизусть! – отчётливо проговорил и вернул ей сотовый.
Вот теперь он оставил её на кухне одну, но морального удовлетворения она не испытывала. В душе возникло какое-то неприятное и гложущее чувство. Почему-то вздох дался с трудом, неожиданно накатила тошнота. Вкус клубники на языке вызвал отвращение. Возникло чувство словно она находится в тупике. Словно само её нахождение здесь чистый абсурд. Да и само её существование тоже.
Но в одном он был прав. К своему стыду, не только номер сотового Даниэлла она не помнила наизусть, но и не знала его домашнего и рабочего номеров. Никогда не звонила и не задумывалась об этом. Он всегда звонил ей сам. И она ему тоже, но только на мобильный. И ни разу ей не пришло в голову спросить его домашний телефон или рабочий номер.
fima 25.07.2011 10:12 » Глава 43
Глава 43
«…уложу тебя в постель…» - вспомнилось ей.
Интересно, как он собирался это сделать, если не спит с ней в одной кровати. Теперь она точно знала, что это так. Это открытие уязвило её, даже оскорбило, хотя она и пыталась себя убедить, что только рада этому.
Эва рано ложилась. Очень рано, потому что к концу дня валилась с ног, хотя ничем особенным не занималась. Он тоже не перетруждался. Валялся на диване в гостиной или смотрел телевизор. Ел и спал: вёл совершенно бездумное существование, поражая её с каждым днём всё больше. К концу недели, она окончательно взбесилась. Они и на улицу то выбрались только пару раз, да и то, потому что у неё был назначен приём у врача. И не важно, что несколько дней подряд она плохо себя чувствовала.
Но с этим приёмом получилась отдельная история. Напрасно она поверила, что он будет просто ждать её. Конечно же, нет. Не говоря ни слова, он подвёл её к кабинету, открыл дверь и сам зашёл следом. Возмутиться открыто было неудобно. Она только сжала зубы и одарила его испепеляющим взглядом. На самом деле, зная его подчас резкую манеру, боялась, что он сказанёт доктору что-нибудь грубое. Но она ошиблась.
- Простите, что врываюсь, - аккуратно, но твёрдо начал он. – Но мне хотелось бы узнать о состоянии здоровья моей жены непременно от Вас, - улыбнулся. Она так подозревала, что это была самая умопомрачительная улыбка, что имелись в его запасе для таких случаев. Ну, или одна из… Она не помнила, чтобы он даже ей вот так улыбался. В голосе его звучали ну такие бархатистые нотки, что стало тошно. Удивительно, как доктор не сползла со стула, потому что её саму только злость заставила остаться на месте, а не вспорхнуть от восторга.