Эва проснулась, чувствуя на себе «крабовый» захват рук и ног Яна.
Ну и ладно…
Издав блаженно вздох, она вознамерилась ещё немного понежиться и подремать в тёплых руках своего мужчины.
- Ты уже не спишь, - услышала она довольный голос прямо у уха и поморщилась.
- Сплю, - буркнула она в ответ.
- Злюка.
- Я ещё сплю, и не смей меня тискать.
- Даже не думаю, - Ян только крепче прижал её к себе, закинув ногу на бедро.
- А то я не чувствую, - улыбнулась она и приникла щекой к его груди, слушая, как где-то под ухом размеренно бьётся его сердце. Остатки сна постепенно покидали её, принося осознание окружающей действительности, знаменуя начало нового дня и начало…
Вот только начало чего?
- О, боже, Ян… - сонно простонала она.
- Что? – рассеяно, спросил в ответ он, поглаживая её по спине.
- А то, что за два этих дня я успела натворить столько, чего раньше мне и за год не удавалось.
- Например? – он с сомнением посмотрел на неё, - Я в тебе, в общем, и не сомневался.
- Например, я обшарила всю Тулузу, проигралась в пух и прах в покер, завела с тобой интрижку и опустошила половину запаса винодельни твоих родителей, - пробормотала она, и приостановилась, задумавшись, что ещё можно прибавить к своим нынешним подвигам.
- Ты жалеешь об этом?
- О чем? Что опустошила погреб? Да, сегодня с утра, определённо, да!
- Нет. Что завела со мной интрижку?
Ян легонько нажимал пальцами на чувствительные точки у основания её шеи, добираясь осторожными массирующими движениями до макушки.
- Ещё не решила, - шутливо отозвалась она и потёрла висок. - Мой мозг ещё не дошёл до этого пункта.
- Ладно, ты тогда его притормози, а то ему много думать тоже вредно. А на счёт винного погреба, так это ты выразила желание продолжить дегустацию, - продолжил Ян совершенно невинным тоном, снимая себя всякую ответственность.
- Я помню, - обречённо согласилась она, расслабляясь и чувствуя, что от этих нежных и приятных движений её снова потянуло в сон, - но ты ведь мог меня переубедить, правда?
- Мог. Если только закинул бы тебя на плечо и притащил домой силой. Ты вчера была очень несговорчивая, - иронично протянул Ян, ожидая возмущений, но их не последовало.
- Следующий раз, Ян, сделай именно так, пожалуйста. Бывают моменты, когда меня не нужно слушать, а вчера был как раз такой случай, - тяжело вздохнула Эва и её покорный тон насторожил Яна.
- Так сильно голова болит? Тебе плохо? - Он отпустил её и приподнялся на кровати, а Эва устроилась рядом с ним, завернувшись в простыню, прикрыв глаза.
- Нет, не особо, тяжеловато как-то. Я не выспалась и чувствую себя совсем разбитой.
- Да? Это почему это, мне интересно? – Ян сел, облокотившись на спинку кровати, и провёл кончиками пальцев по её тонкой ключице.
Эва не видела лица, но самодовольный тон выдавал его улыбку.
- Я не собираюсь льстить твоему, и без того раздутому, самолюбию, так и знай! Даже не проси!
- Нахалка! Могла бы что-нибудь сказать мне… приятное…
Эва резко села, придерживая простынь на груди, собираясь выпалить что-нибудь остроумное, но все мысли вылетели у неё из головы, стоило ей только взглянуть на Яна.
Радом с ним нельзя было думать о чем-то другом кроме него самого. Подползая на коленках, она подобралась к нему поближе и придирчиво оглядела с головы до ног, старательно хмурясь. Ян, приподняв бровь, лишь ждал реакции, потому что по выражению её лица, было непонятно, что она собирается выдать на этот раз. Наконец она закончила осмотр и недовольно посмотрела на него.
- Так нечестно.
- Что именно? – Ян вопросительно кивнул и тоже принялся её осматривать.
- То что, я с утра выгляжу как ведьма - вся потрёпанная и помятая, а ты будто с обложки. Ну, прямо само совершенство! А тебе это совсем не обязательно.
- Ты такая, какая ты есть. Настоящая. Естественная. Не позируй, Эва. Тебе это не нужно. - Он провёл костяшками пальцев по её румяной щеке, и, Эва заметила, что взгляд Яна замер у неё на груди, потому что простынь сползла, открывая взгляду привлекательные округлости. Проследив за ним, Эва сначала ахнула, потом вскочила и понеслась в ванную, а Ян зажмурился, предчувствуя дальнейшую реакцию.
- Ян! – тут же последовал возмущённый возглас.
Эва вернулась через минуту с понурым видом, будто произошло что-то ужасное.
- Ян, - тихо сказала она, - я ведь сегодня не смогу надеть свой любимый сарафанчик. Он сильно открытый.
- Господи, Эви, - со вздохом он притянул её к себе, - забудь ты про этот сарафанчик.
***
Эва зашла в свою комнату, задержалась на середине, окинув взглядом знакомую обстановку, уже ставшую привычной за эти несколько недель её пребывания на Палме. Сердце как-то странно защемило, разгоняя по телу неприятное чувство опустошённости. Ощущение было такое, будто её резко развернули на сто восемьдесят градусов, выдернули из сказки, из праздника, оставив в одиночестве.
Эва бросила сумку с вещами на кровать. Ей и самой захотелось броситься вслед за сумкой, но она, сдержавшись, спокойно села, открыла её и начала разбирать свои вещи.
Привезённые сувениры и подарки, с соответствующими подписями их будущих владельцев, нашли своё место на полках в гардеробной, которая была почти свободна, поэтому Эва решила привезти ещё парочку своих вещей из квартиры и не ограничивать себя в выборе одежды. А лучше вообще пройтись по магазинам и купить что-нибудь новенькое. Если привлечь к этому Альфи, попутно вручив подарочек, то ожидаемый результат будет гарантирован.
Эва глубоко вздохнула и начала вытаскивать из памяти ценные рецепты из цикла «Как не впасть в депрессию», понимая, что её глубокий самоанализ в данный момент ни к чему хорошему не приведёт. Тем более есть и вторая «сторона», а она анализу никак не поддавалась.
В Шато-Тарн было всё понятно и прозрачно, они отдыхали, веселились, занимались сексом и просто наслаждались друг другом. Были вместе, а не поодиночке. Были частью друг друга и единым целым. Однако сказочное ощущение начало смазываться и растворяться как кусочек сахара в горячем чае, как только она поднялась на борт самолёта. И с каждым часом полёта, это впечатление только усиливалось. Пальцы сомкнулись на хрустальном сундучке, но, отставив вещицу в сторону, она подошла к окну, сразу заметив знакомую фигуру на берегу.
Или неопределённость мучила только её? Как различить, что из этого её домыслы, а что реальность?
Ян же, напротив, с виду был спокоен, как и всегда, уравновешен и донельзя уверен в себе. Ухаживал за ней, заботился и был безупречно вежлив, а она старалась отвечать ему в тон, принимая непринуждённый вид. По дороге из аэропорта они остановились и поужинали в маленьком уютном ресторанчике на набережной перед въездом на Палм.
- Ты молчишь весь вечер.
- Что?
Голос Яна вырвал её из раздумий, и она звякнула вилкой о тарелку, вскинув на него взгляд.
- Я говорю, что ты странно задумчивая и совсем не разговорчивая сегодня, Эва.
- Я?
Ян вздохнул, откинувшись на стуле. Видимо её нарочитая непринуждённость его не обманула.
- Ты, Эва. Мне что каждое слово из тебя вытягивать? - Что она ему могла на это ответить? Уж точно не признаться в том, что её по-настоящему волнует. Обсуждать с ним своё же двоякое состояние души не хотелось. Да и неизвестно, нужно ли ему это. Он получил то, что хотел, а хотел он её. И он её получил. - Устала?
- Да, - сразу согласилась она и потянулась к бокалу за очередным глотком вина, чтобы исключить остальные вопросы из списка, который он, вероятно, для неё приготовил. Усталость была отличным оправданием для объяснения её отрешённости.
- Тебя что-то беспокоит? – Он смотрел ей в глаза, пытаясь найти ответ, но она прятала их за бокалом, оглядывала зал, старательно задерживаясь на отдельных деталях интерьера.
- Ты о чем? – единственное, что она придумала, это ответить вопросом на вопрос. - Правда, здесь уютно?