Ян лениво глянул на часы и подошёл к окну. Засунув руки в карманы, он потратил пару секунд на обозрение пейзажа за окном кабинета начальника службы безопасности. Это была многолетняя привычка. Приятная привычка посмотреть в окно, подумать, принять решение, сконцентрироваться, глядя на синие воды залива, белый песок и всё то множество мелких деталей и разнообразие оттенков, которые радовали глаз, которые были живыми и настоящими. А в жизни не так и много осталось настоящего, человек везде оставил след, тронул всё, что мог, искренне считая это своим правом.
- Ну, - поторопил он Сержа, повернувшись к нему, в надежде, что он перестанет пялиться на телефонный аппарат и скажет хоть слово в оправдание своего подозрительного состояния.
Серж попытался встать со своего кресла, освобождая его для главы компании.
- Сиди, - остановил его Ян и выразительно полоснул взглядом, с явным в нем вопросом.
- Звонили из полицейского департамента. Нашли труп Логана. Квалифицируют убийство. Пока без подробностей.
В кабинете повисло молчание, не тягостное, но напряжённое.
- Черт… - дальше посыпался такой поток красочных ругательств, что Мартин смущённо кашлянул, а слово «черт» было самым безобидным, из тех, что сорвались с уст Яна. – Что? Можно подумать ты скромно промолчал, когда тебе сообщили эту прекрасную новость!
- О, нет! Я высказался так же скромно, как и ты! – Мартин даже умудрился пошутить.
- Да, сиди ты, - раздражённо бросил Ян, когда Серж сделал очередную одну попытку встать с кресла. Не очень было ему уютно восседать за собственным столом в присутствии стоящего рядом президента компании.
- Ну, давай дальше, я что из тебя всё клещами вытягивать должен? - Ян сделал соответствующий взмах рукой, сподвигая Мартина на дальнейшие объяснения. – Или это всё, что ты можешь мне сказать?
- И да, и нет. Я не имею ввиду клещи, - уверил его Серж. - Все подробности позже.
- Хорошо. А когда? Дальше что?
- Сейчас я беру с собой Бэрна и мы едем в департамент. Нам всё равно придётся давать им объяснения, не стоит ждать, пока они сами сюда нагрянут. Да и родственников у него нет, а опознать его кому-то надо. Вот мы это и сделаем.
- Понятно. На долго это?
Мартин посмотрел на часы.
- До полудня провозимся точно. А что?
- Хочу всё знать - вот что, - резко ответил Ян и направился к выходу. - Так… Езжайте, разбирайтесь со всем этим. Как вернёшься, сразу ко мне. С полным отчётом, - он открыл дверь, в которую тут же протиснулся Бэрн.
- Доброе утро, мистер Грант!
- Доброе, Томас. Доброе… Мартин введёт тебя в курс дела. Работайте, - он вышел из кабинета, и прошествовал через приёмную, не удостоив секретаршу и взглядом. Кэт хлопнула глазами и убрала с подноса третью чашку кофе. Поставив сахар и печенье, она понесла всё это в кабинет начальника.
- Да, - сказала Эва, скрывая улыбку, но долго ей этого делать не пришлось так как та быстро сползла с её лица при следующий словах собеседника. – Ты же обещал… - почти захныкала она. – Хорошо. Ладно, хорошо, - довольно закончила она и нажала красную кнопочку на мобильном телефоне.
- Вот, собственно… - обратилась она к визави, но не договорила, так как по комнате снова разнёсся звук весёленькой мелодии, сообщающей, что кто-то хочет срочно её слышать, - прости, Нил, - виновато скривилась и снова поднесла сотовый к уху. – Да, папочка! – радостно сказала она, услышав родной, с привычной хрипотцой, голос отца.
- Привет, золотко!
- Привет, папуль! Сто лет тебя не слышала!
- Да, если бы у моей единственной дочери была совесть, она могла бы позвонить и справиться как дела у старого и больного отца, - шутливо отозвался мужской голос в трубке.
- Прости, - Эва почувствовала острый приступ вины, потому что она и сама забыла, когда последний раз звонила отцу. – Но вот только не нужно мне говорить, что ты больной и старый, потому что мы знаем, что это не правда.
- Эх, - театрально вздохнул Роджер, - хоть так надеялся привлечь к себе твоё внимание.
- Ну, папа, - Эве стало совсем неудобно, - ты же знаешь, как я тебя люблю. Ну, прости!
- Ладно, ладно… Расскажи лучше как у тебя дела? Ты всё возишься со своим проектом, который лишил меня такой долгожданной встречи с дочерью?
- Да, папа. Вожусь, - обречённо подтвердила Эва, но в голове её в этот момент возникла совсем не фреска. – Но ты знаешь, я скоро закончу, и мне самой нравится результат.
- Это мне очевидно, раз ты так увлечена, что забыла про отца.
- Дай мне, пожалуйста, шанс реабилитироваться!
- У тебя он будет, не переживай! А у тебя есть сроки работы или как там у вас это называется…
- Нет. Когда закончу, тогда и закончу.
- Вот и славно! Тогда может, ты приедешь ко мне на недельку? Не сгорит ведь твой проект?
- Нет, не сгорит, конечно, - она задумалась, постучав пальчиком по подбородку, - на этой неделе?
- Можно и на этой. На этой даже лучше, потому что я перенёс отпуск из-за тебя и сейчас отдыхаю. Дальше сдвинуть не могу. Сама понимаешь, специфика работы не позволяет, - с ноткой обречённости сказал Роджер.
- Да, пап, понимаю. Конечно, понимаю. Спаситель ты мой! Я приеду, сегодня возьму билет на ближайшее время и приеду.
- Эванджелина, я тебя жду! И только попробуй позвонить мне и сказать, что у тебя в очередной раз поменялись планы. Предупреждаю, у меня начнут дрожать руки, а это не допустимо! И всё будет на твоей совести!
- Ой, пап, это прямой шантаж! Да и вообще грех так говорить!
- Да, золотко, - серьёзно сказал отец, - ты права, это большой грех. Да простит меня Бог за эти слова. Я неудачно пошутил.
- Я приеду папочка. Я же обещала. Целую тебя крепко-крепко! А об остальном поговорим при встрече.
- И я тебя целую золотко! Крепко целую. Позвони мне, когда возьмёшь билет, я встречу тебя. Хорошо?
- Хорошо, пап. Я обязательно позвоню.
- Жду, золотко!
- Да, - еле слышно сказала Эва, скорее себе, потому что абонент уже отключился, а она так и продолжала смотреть на горящий дисплей телефона.
- Поклонники одолели? – хитро спросил де Крюссо, выводя Эву из элегичного состояние, в которое она впала после разговора с отцом.
- Нет, - отрешённо ответила она, убирая в сумку телефон. Она не отличалась импульсивностью и решение лететь в Джексонвилл, принятое под давлением отца слегка выбило её из колеи. Взять свои слова обратно она уже не могла, поэтому, пообещав себе подумать и настроиться, она взглянула на Нила.
- Нил, ты прекрасно слышал, что я разговаривала с отцом!
- А до этого? Это точно был не отец, судя по приятному румянцу, как следствие, и причина тому явно не современное чудо, именуемое декоративной косметикой. Так, что звёздочка моя, давай, посплетничаем, и ты мне расскажешь, что с тобой твориться. И у меня даже есть вкусные шоколадные конфеты, - Нил взялся за чайник и разлил ароматный напиток по чашкам, в предвкушении рассказа.
- Если ты думаешь подкупить меня сладостями, ты глубоко ошибаешься. Я ограничила себя на нет. И этот продукт отсутствует в моем рационе. Вот! – она отбросила сумку и оглядела кабинет, заметив новые вещицы.
- Как? Ты совсем не ешь шоколад? – разочарованно протянул Нил в своей манере, вызывающей у Эвы привычную улыбку.
- Совсем, - строго сказала Эва, не глядя на Нила. Её интерес был прикован к старинный часам, стоявшим на мраморной полке, а также к деревянной шкатулке, произведённой явно не в нашем веке.
- Нил? Ты увлёкся антиквариатом?
- Тебе нравится? Правда, прелестные вещицы? – он тут же подошёл к Эве, стоящей у полки. Аккуратно провёл пальцами по резной деревянной поверхности. – Я в восторге. Теперь я думаю поменять здесь интерьер. Полностью. Хочу воссоздать атмосферу викторианской эпохи, - произнёс он мечтательным тоном.
Установившуюся благоговейную и задумчивую тишину нарушил резкий возглас и грохот распахнутой двери.
- Точно! Ты здесь! Сиди и никуда не уходи, я буду через пять минут! – Альфи исчез так же быстро, как и появился.