- По-моему я переусердствовала, - тяжело прошептала и присела на кровать, после того как подсушила волосы полотенцем. Расчёсывать их она не стала, а расправила спутанные волнистые локоны пальцами. После такого количества бальзама они были гладкие, и как никогда «правильные». Потом откинулась и прилегла, так как в глазах потемнело, голова закружилась, к горлу подкатила тошнота. Она глубоко вздохнула несколько раз, пытаясь привести себя в порядок, отдышаться. Стало очень жарко, а во рту пересохло, поэтому переодевшись в лёгкую сорочку, она спустилась на кухню, чтобы открыть очередной пакет томатного сока. Думала, что выпьет его целиком, но отпив несколько глотков, Эва поняла, что напилась.
Наконец на неё накатила такая усталость, что лень было даже передвигать ноги, а подниматься на второй этаж было совсем невмоготу. Посмотрев на стакан недопитого сока, она всё же решила прихватить его с собой. Не исключено, что среди ночи её снова потянет на этот кроваво-красный напиток, а о том, чтобы снова идти на кухню она уже сейчас не могла думать.
Не думала она сейчас и о другом. Совсем не думала подняться в их спальню, а пошла в свою комнату на первом этаже. Пошла, но не потому, что ей было лень тащиться по лестнице и сделать ещё пару шагов по коридору. Нет не поэтому, а потому что довела себя до такого состояния, что уже не ждала Яна и даже видеть его не хотела, и разговаривать тоже. Она хотела завалиться в кровать и заснуть таким крепким сном, чтобы не слышать его прихода. Не стука входной двери – его она не услышит при всем желании, а щелчка открываемой двери в её комнату. У неё и сомнений не возникло, что Ян сюда заявится, если увидит, что её нет в спальне. Но была надежда, что не заявится. Лучше бы ему не приходить за ней. Или хотя бы не трогать её, не будить и не требовать вернуться, а оставить в покое.
Эва повернула защёлку замка, поставила стакан на прикроватную тумбочку и расправила постель. Даже залезла в кровать и потянулась, чтобы выключить светильник, но посмотрела на закрытую дверь. Посмотрела и снова вылезла из постели. Перспектива проснуться от того, что он будет ломиться в запертую дверь, ещё более не прельщала, да и в душе было какое-то гложущее чувство, что она зря это сделала, и вообще зря собралась спать здесь, но всё-таки возвращаться не собиралась. Поэтому повернув обратно защёлку замка, она вернулась в кровать.
Пока совершала свои хождения, сонное состояние рассеялось, а мысли снова закружили в голове свой взбалмошный хоровод, лишая покоя. А ту полудрёму, в которой она была, после многих попыток заснуть, сложно было назвать сном и никак отдыхом. Невольно она прислушивалась к звукам с минуты на минуту ожидая, что он придёт, но он всё не приходил. В конце концов, она перестала ждать и погрузилась в полузабытье с непонятыми видениями.
***
- Изабелла?..
- Моя бывшая любовница, - предвосхищая следующий вопрос, пояснил Ян.
- Понятно, - что было понятно Данте, не было понятно пока никому. Он только спрашивал, изредка бросая короткие комментарии, но по большинству молчал в раздумьях. - Раз так… Дело принимает совсем другой оборот. Беспредельничают… очень… - он задумчиво потёр подбородок и сжал руку в кулак.
- Мы поговорим с отцом, - решил Лисандро и посмотрел на брата, ища одобрения.
Поговорить с отцом они собирались, но пока не сделали этого по объективным причинам.
- Не стали этого делать, - подтвердил Кристиано его слова. – Думали сначала с тобой поговорить, - он посмотрел на кузена, а тот кивнул ему в ответ.
- Я бы не хотел беспокоить Маттио, - начал Ян.
- Это нужно сделать, - встрял в начинающийся спор Данте. – Он должен знать, если мы собираемся вмешаться. Я переговорю со своим отцом и остальными. Они и вправду перегибают палку. У нас и без тебя, Ян, к Готти масса претензий. К нему и его прихлебателям типа Борелли. И ещё вопрос…
- Давай, - кивнул он. Это был далеко не первый вопрос за этот вечер и точно не последний.
- А настоящая? – вздёрнул бровь итальянец.
- Что «настоящая»? – невозмутимо ответил Ян вопросом.
- Есть настоящая? – настаивал Данте и сам же добавил. - Есть…
- И что? – упрямо реагировал Ян, отказываясь затрагивать эту тему.
- Нужно позаботиться о её безопасности, если она тебе дорога. Вы живете отдельно? – Данте не стал обращать внимания на явную неохоту и напряжение, с которыми он ему отвечал.
- Нет, она живёт со мной.
- Очень интересно… - вполголоса проговорил Лисандро, впервые слыша о таких подробностях личной жизни друга.
- Нужно оборвать эту связь. На время, пока не разберёшься со всем этим, - посоветовал Данте, но это не было похоже на совет, скорее на непреложное правило.
- Исключено, - Ян сразу отмёл этот вариант. Сказал одно слово без дальнейших объяснений.
- Женщины… - Данте театрально вздохнул и откинулся в кресле, глядя на собеседника с нескрываемой иронией. - Не будь дураком, Ян. Удивительно, как они до неё ещё не добрались. Тебе и так крупно повезло. Не ищи новых приключений на свою задницу.
- Он прав, Ян. И ты это понимаешь. Оправь её куда-нибудь подальше. В Эмираты, например, к Насиру. Там она точно будет в безопасности, - поддержал эту идею Кристиано, понимая, что это единственный рациональный выход и нужно было убедить в этом друга, даже если придётся настаивать.
- Или в Италию в нашу семью. Туда, где до неё не доберутся. Поговори, объясни ситуацию… - подключился Лисандро к уговорам. Было заметно, что Ян напрягся, но старался не выдать этого.
- Нет! Никаких разговоров! Никакой информации. Знание для неё угроза, - тоном, не терпящим возражений, заявил Данте.
- Нет, - тем же тоном ответил Ян.
- В чем проблема? Я тебя не понимаю, - чуть удивился Данте такой напористости и возникшему противоречию.
- Ян, не дури, - Кристиано спокойно упрекнул друга. Разумом Ян понимал, что, скорее всего, друзья правы, но душой он хотел другого. Все молчали, будто ждали его решения, хотя на самом деле было ясно, что думать тут нечего, а выход именно таков, только средство для достижения результата он должен сам выбрать. Но итог один…
- Хорошо, я отправлю её отдыхать, - после минуты молчания согласился он.
- Не просто отправишь, расстанешься на время, Ян. И никаких контактов.
- Невозможно, - одним словом он снова выразил свой протест по этому поводу, внешне не проявляя признаков нервозности, но внутри ему претили эти разговоры.
- Возможно, - никак не отступал Данте и добавил, словно устал уговаривать упирающегося по каждой мелочи Яна. - Я тебя умоляю… Только не говори, что ты боишься, что она тебя не простит или тому подобная чепуха!
- Я должен тебе ответить? – всё так же бесстрастно прокомментировал он его реплику.
- Ради Бога, Грант… Приедешь, купишь кучу цветов, брильянтов и она тебя тут же простит и забудет все обиды, - с долей цинизма посмеялся он, не понимая в чем состоит затруднение и в полной уверенности, что проблема эта не стоит и выеденного яйца.
- Я не хочу её обсуждать! – выговорил Ян, разделяя паузами слова, придавая им нужную весомость.
- Никто и не обсуждает твою мадмуазель, - примирительно произнёс Данте. - Мы обсуждаем сложившуюся ситуацию. Так что, ты не кипятись.
- Ян, Данте прав, - снова вмешался Кристиано. - Прав в том, что ей попросту опасно находится с тобой рядом, поэтому ты должен сам решить, как с этим поступить. Мы присмотрим за ней, приставим людей.
- С ней ничего не случится. И более того, к ней никто не подойдёт, - нажал Лисандро, уверяя друга в самом положительном исходе.